Джамиля Джакишева опасается ареста

Автор: Редакция
Фото: Stan.TV

На жену Мухтара Джакишева оказывается давление, а сама она опасается ареста. Об этом редакции стало известно от самой Джамили Джакишевой. Она предполагает, что сотрудники Комитета нацбезопасности пытаются таким образом заставить ее прекратить кампанию в защиту мужа и его товарищей.
More...
Как сообщила нам Джамиля, в пятницу ей позвонил неизвестный, представившийся сотрудником Комитета национальной безопасности, и потребовал, чтобы она пришла к нему на беседу, причем... без адвоката. Повестки на допрос Джамиля Джакишева не получала, поэтому решила воздержаться от визита в КНБ, опасаясь, что будет арестована и превращена в свидетеля по делу своего супруга из категории тех, что проходят по программе защиты свидетелей и прячутся от общества на конспиративных квартирах.

По нашей же информации от источников в Астане, в Комитете нацбезопасности сильно встревожены негативной реакцией общества на аресты Мухтара Джакишева и других топ-менеджеров НАК «Казатомпром» и начинающейся кампанией по их защите в прессе. Поэтому подозрения Джамили Джакишевой, что ее могут не допустить до участия в следствии и судебном процессе в качестве общественного защитника, имеют под собой основания. Практика, когда официально допрашивают родственников и таким образом формально превращают их в свидетелей по делу, не нова.

Кстати, в интервью нашему корреспонденту Джамиля Джакишева рассказала о том, как женам задержанных топ-менеджеров все-таки удалось получить свидание со своими мужьями. Напомним, что во вторник сотрудники КНБ на пресс-брифинге ввели в заблуждение прессу и общество, заявив, что возможность увидеть родственников у задержанных, спрятанных на конспиративных квартирах спецслужб, уже была, хотя на самом деле свиданий не было.

Вот что рассказала нам Джамиля Джакишева:

- 4-го июня мы поехали в Астану и обратились с официальными заявлениями о том, чтобы нам были предоставлены свидания. Когда мы подошли к следственному департаменту, ворота во двор, которые были обычно всегда открыты, оказались заперты на амбарный замок. Мы подошли к этим воротам и попросили, чтобы кто-нибудь из членов следственной группы вышел к нам и официально принял наши заявления.

И взяли у вас заявления?

- Нет. Мы прождали больше часа — все спрятались за забором. Пока ждали, к тому месту, где мы стояли, подбежала группа примерно из десяти сотрудников полиции. Полицейские сказали, что их вызвали к месту несанкционированного митинга. Наши юристы объяснили полиции, кто мы такие и что пытаемся совершить действия, на которые имеем право по закону. Полицейские, убедившись, что все в порядке, уехали. Мы же, так и не дождавшись, чтобы к нам кто-нибудь вышел, поехали в канцелярию КНБ и оставили там открытое письмо на имя председателя.

После обеда, неожиданно для нас, адвокаты — из тех, кто имеет к делу доступ от КНБ, позвонили Марийке Цоцория, Наташе Парфёновой и Тамаре Пирматовой с предложением встретиться с мужьями. Конечно, они согласились и свидания состоялись. Я считаю, что произошло это только благодаря нашей настойчивости и тем действиям, которые мы предпринимаем.

Как состояние задержанных?

- Состояние у Малхаза Цоцория, Дмитрия Парфенова и Эшмурата Пирматова нормальное, однако они беспокоятся о семьях, что неудивительно. Наташе, например, сотрудник КНБ, который все время присутствовал на встрече, периодически напоминал о том, что у неё есть трехлетняя дочь. Эти действия легко можно расценить как скрытую угрозу. Кстати, все мужья слово в слово говорили своим супругам, что у них всё хорошо, что их хорошо и регулярно кормят и что не нужно поднимать никакой шумихи.

А Вы свидание получили?

- Мне не только не дали свидания, но и стали угрожать вызовом на допрос, как я уже рассказала вашему корреспонденту. Но я знаю свои права. Знаю, что могу отказаться от дачи показаний против своего мужа и могу давать показания в присутствии своего адвоката. Об этом я сказала тому парню, который в угрожающей форме требовал, чтобы я пришла в пятницу на допрос без адвоката.

У меня пятеро детей и я не хочу стать жертвой произвола сотрудников спецслужб. Поэтому такие вызовы воспринимаю, как попытку оказать на меня давление. Они хотят заставить меня замолчать, возможно, даже путем задержания и ареста. Но я буду до конца бороться за своего мужа и его доброе имя.

В Петербурге готовится ОПЕК

Автор: Алан ХУРУМОВ

На Всемирном зерновом форуме в Санкт-Петербурге Россия, Украина и Казахстан обсудят создание зернового пула стран Причерноморья, который в прессе давно окрестили зерновым ОПЕК. Судя по настроениям стран-участниц форума, пул будет создан в самое ближайшее время. Иначе производители зерна просто не выживут.
More...
Открывая 6 июня Всемирный зерновой форум в Санкт-Петербурге, президент России Медведев задал тон будущим дискуссиям. Отметив, что Россия за последние годы вернула себе статус одного из основных экспортеров зерна, а по экспорту пшеницы вошла в лидирующую тройку, президент пообещал, что государство и в дальнейшем будет укреплять позиции на мировом зерновом рынке.

«Зерновое направление аграрно-промышленного комплекса, конечно, является традиционным и очень весомым источником доходов нашей страны», — подчеркнул глава государства, пообещав, что особое внимание на форуме будет уделено нестабильной ситуации на мировых продовольственных рынках и волатильности цен. Но не только.

Сегодня ряд стран-импортеров зерна вынуждены заморозить закупки, поскольку не хотят покупать хлеб по спекулятивным ценам. «Республика» уже рассказывала о том, что от закупок отказались Иордания и Япония. Для России эта проблема чрезвычайно актуальна — в прошлом году она собрала крупнейший за 15 лет урожай зерна — 108,1 млн. тонн. С ним нужно что-то делать. Продавать все зерно внутри страны — значит неминуемо обрушить рынок. Закупки в интервенционный фонд почти себя исчерпали — не хватает элеваторов.

На фоне этого Россия, скорее всего, активирует переговоры о создании международного зернового пула стран Причерноморья, как его еще называют, зернового ОПЕК. Переговоры о создании такой организации уже несколько лет ведут Россия, Украина и Казахстан. Можно с высокой долей вероятности утверждать, что на нынешней сессии Всемирного зернового форума они приблизятся к стадии заключения конкретных соглашений.

Будущие участницы зернового ОПЕК заявили об этом в первый день форума. В частности этой темы коснулся и Дмитрий Медведев, декларативно заявив о том, что следует разработать механизмы, которые будут способствовать преодолению дисбаланса между спросом и предложением. «И нам необходимо добиться того, чтобы экспортёры всё же координировали свои программы для поддержания приемлемых цен на зерновых рынках. Фактически речь может пойти о формировании новой политики в области производства и международной торговли зерном», — подчеркнул российский президент.

Президент коснулся темы зернового пула и напрямую. «На форуме, кроме того, запланирована дискуссия по сотрудничеству в Причерноморском бассейне... Мы надеемся обсудить перспективы создания регионального «зернового пула», который мог бы заниматься координацией и информационным обменом по всем вопросам», — заявил Дмитрий Медведев.

Министр аграрной политики Украины Юрий Мельник, общаясь с журналистами в кулуарах форума, подтвердил, что создание зернового пула займет внеочередное место в повестке форума. «Рынок Причерноморья становится все более значимым в мир торговле и ни у кого нет сомнений в том, что нам необходимо координировать наши действия на рынке зерна», — заявил Юрий Мельник. — Мы должны обсуждать тему как это сделать. Тема целесообразности даже не обсуждается — выгодность пула очевидна для всех сторон». По словам Юрия Мельника на нынешнем зерновом форуме теме создания зернового пула будет посвящен ряд консультаций на уровне глав сельскохозяйственных министерств. Никаких непреодолимых препятствий по созданию такого пула, по словам украинского чиновника, на сегодняшний день нет.

Шувалов призвал развернуть экономики

Автор: Евгения БОРИСОВА

Кризис выявил существенные недостатки в развитии стран СНГ, но он же дает Содружеству шанс радикально укрепить свои позиции, заявил первый вице-премьер РФ Игорь Шувалов в ходе деловой сессии «СНГ – пространство сотрудничества. Повестка на завтра», прошедшей в ходе Петербургского международного экономического форума.
More...
По его словам, многие страны Содружества пошли по пути экспортоориентированного развития, но кризис привел к резкому сокращению спроса. «Преимущество на сырьевом экспорте оказалось очень не устойчивым», - сказал Шувалов.

«Для стран СНГ важнейшим конкурентным преимуществом является их общий рынок — динамично развивающийся и достаточно емкий», - подчеркнул первый вице-премьер.

Так, по его словам, общий объем импорта в 2008 году превысил $460 млрд. Основная его часть приходилась на промышленную продукцию, продовольствие, товары массового спроса — «то, что мы закупаем, поддерживая, таким образом, экономические системы, не входящие в структуру СНГ и ЕврАзЭС».

Экспортный потенциал стран СНГ составил свыше $700 млрд, в основном экспорт носил сырьевой характер. Поэтому, по мнению Шувалова, в настоящее время надо переориентировать экономики стран СНГ на внутренний спрос, на создание единого рынка Содружества независимых государств.

«Мы верим в формат СНГ, несмотря на то, что Грузия сделала несколько шагов, чтобы ослабить СНГ», - отметил первый вице-премьер РФ.

От редакции: мы обязательно расскажем подробности с деловой сессии «СНГ – пространство сотрудничества. Повестка на завтра», и других любопытных заявлениях Игоря Шувалова на следующей неделе.

На инфраструктуру дадут миллиард

Автор: Евгения МАЖИТОВА

О создании международного фонда инфраструктурных инвестиций размером в 1 миллиард долларов заявил председатель Совета межбанковского объединения ШОС Владимир Дмитриев. Прозвучало заявление на деловой сессии «ШОС - пространство экономического взаимодействия и противодействия глобальному кризису», прошедшей в рамках мероприятий второго дня Петербургского международного экономического форума.
More...
Символично, что в прошлом году на форуме в Санкт-Петербурге было объявлено о намерении создать такой фонд, а к нынешнему приурочили объявление о его рождении.

Впрочем, не стоит полагать, что этот фонд создан в рамках ШОС — отнюдь. В него только вошли некоторые страны-участницы ШОС. А инициаторами стали две компании «Ренессанс Капитал» и Macquarie Capital Group Limited, которая специализируется на международных инфраструктурных проектах. Внешэкономбанк, руководителем которого также является Владимир Дмитриев, изначально был в числе инициаторов. Помимо перечисленных участников в фонд войдут Европейский банк реконструкции и развития, Международная финансовая корпорация и Фонд устойчивого развития Казахстана «Самрук-Казына».

Цель создания фонда очевидна — инвестиции международных инвесторов в инфраструктурные проекты в страны СНГ. Объем — один миллиард долларов. Цифра впечатляющая. Каким образом будет распределятся? Тут особых сюрпризов не последовало: «Первая подписка — в размере полумиллиарда долларов. Не менее 50% всех проектов должны быть реализованы в Российской Федерации, — пояснил Владимир Дмитриев. — Это транспортная инфраструктура, энергетика, муниципальное хозяйство, аэропорты, порты, дороги, то есть все то, что позволит преодолеть ограничения экономического роста».

Определен уже даже список будущих проектов, они на слуху. «Аэропорт Пулково, участие в концессионных соглашениях по строительству автомагистрали Москва — Санкт-Петербург, ряд других проектов, в том числе в сфере аэропортовой инфраструктуры. Так что мы готовы, как только завершим все формальности, а на это уйдет еще недели две, приступить к реализации конкретных инфраструктурных проектов», — сказал председатель Совета межбанковского объединения ШОС господин Дмитриев.

«Львиная доля от оставшихся 50 % будут реализованы в Казахстане и Украине. Впрочем, мы надеемся, что к реализации подключаться и другие страны ШОС», — завершил мысль глава Внешэкономбанка.

Создание фонда поддержал председатель фонда национального благосостояния «Самрук-Казына» Кайрат Келимбетов.

Взяв слово, он заявил, что это тот «акционерный капитал, благодаря которому можно будет привлечь долговое финансирование, умноженное в 4—5 раз. То есть, это те большие деньги, которые будут инвестированы в экономики наших стран».

Рассказывая о том, что удалось сделать Казахстану в рамках сотрудничества с ШОС, Кайрат Келимбетов сказал о том, что налажено неплохое сотрудничество с российскими и казахстанским финансовыми институтами, но в качестве примера привел только опыт взаимодействия с Поднебесной — речь шла о сотрудничестве с китайскими фондами и выделении Китаем кредита Казахстану.

Итоги деловой сессии «ШОС пространство экономического взаимодействия и противодействия глобальному кризису» подвел глава администрации президента Сергей Нарышкин, заявив журналистам, что «мировой кризис приведет к изменениям не только в экономической, но и в политической сфере. Очевидно, что мир после кризиса в экономическом плане будет другим и должна быть найдена иная конструкция экономических отношений», — сказал он. — Очевидно, что переустройство в экономике повлечет за собой какие-то переустройства и в политической сфере», — заявил Нарышкин, отказавшись конкретизировать какие изменения он предвидит, заметив только, что речь не идет о противостоянии. «В мире идет конкуренция на глобальных рынках, и в этой конкуренции мы видим большой потенциал, который заложен в ШОС», — пояснил он.

Президент начал форум с середины

Автор: Алан ХУРУМОВ

В первый день работы Петербургского международного экономического форума, российский президент Дмитрий Медведев посетовал на погоду и протекционизм, запретил открывать шампанское и предложил создать универсальные правила энергетического и финансового регулирования.
More...
По российской традиции глава государства должен появиться на месте событий не сразу, а выдержав изрядную паузу (как показали события в Пискалево, первое лицо не оставляет эту привычку и после истечения срока полномочий). Но после появления главы событие официально стартует. Делается это для того, чтобы президент (царь, генсек) не потерял лицо. А то скажешь, к примеру, что Россию скоро примут в ВТО, а американцы заартачатся. Несерьезно.

Не надо шампанского — почините микрофон

Петербургский экономический форум в этом смысле исключением не стал. Самые значимые заявления мероприятия прозвучали в первый день. И все они касались как раз приема России в ВТО. Об этом заявили на разных конференциях и глава «Роснано» Анатолий Чубайс и заместитель министра иностранных дел России Александр Яковенко. А на следующий день приехал глава государства и открыл первый день работы форума. А день, который был до этого, стал как бы подготовительным.

Подготовились, как выяснилось, не до конца. Не успел президент посетовать на скверную погоду (которая и правда не задалась с самого начала) и, по своему обыкновению, пообещать, что кризис будет долгим и предостеречь от преждевременного распития шампанского (с ним и правда лучше повременить), как у него отключился микрофон. На пару минут на площадке форума воцарилось форменное средневековье — глава говорит, а вассалы его не слышат. Потом технику главе государства наладили, а осадок, как говорится, остался — неловко перед гостями.

Впрочем, президент успел наговорить много правильных слов и без учета этих двух минут. Разумеется, он упомянул о том, что форум «абсолютно особенный», поскольку проходит «в один из наиболее драматических периодов развития мировой экономики». Понятно, что все это глава государства привязал к дурной погоде (аналогия напрашивалась). И ясно, что понадеялся на перелом климатических явлений в позитивную сторону (опять же, учитывая предварительные договоренности предыдущего дня, президент, что называется, бил наверняка).

Таким образом, изложив конспективно сюжет, президент приступил к самому рассказу. В том смысле, что участники прошлогоднего форума предсказывали негативные сценарии развития экономики и они, к сожалению, сбылись: «Вслед за финансовым кризисом последовало резкое снижение производства, значительный рост безработицы, падение доходов и уровня жизни сотен миллионов людей». После чего президент рассказал об обещанном потеплении. «В последние недели, предшествующие форуму, на основных финансовых рынках стали наблюдаться определенные симптомы оживления, — отметил президент. И тут же предостерег, — финансовый кризис — это растение многолетнее и очень живучее.

Главные вопросы

Потратив несколько минут на описание масштабов экономического бедствия («объем проблем в денежном выражении измеряется триллионами», «издержки понесут все») глава государства задался двумя вечными вопросами русской интеллигенции: «Кто виноват» и «Что делать». Виноватыми оказались международные финансовые организации («не справились с выполнением своих функций»), а также искусственно поддерживаемая однополярность и сохранение монополии ключевых сегментов мировой экономики (что бы это ни значило).

Алгоритм действий президент перечислил по пунктам. По его словам, в первую очередь, необходимо договориться о порядке разработки новых стандартов регулирования финансовых институтов. При этом Дмитрий Медведев предостерег от двух крайностей — консервации сложившихся систем и резкого усиления роли регулирования. Первый путь, по его словам, может привести к новому кризису, второй повлечет существенное замедление экономического развития.

Вторым пунктом Медведев назвал реализацию решений «двадцатки» в части реформирования международных финансовых организаций, при этом подчеркнув, что «нельзя ограничиваться косметическими изменениями...это, в конечном счете, должны быть принципиально новые финансовые институты, где не будет доминирования отдельных политических сюжетов, политических мотивов или доминирования отдельных государств, или отдельных стран».

И третье важное, по его словам, направление — обеспечение стабильности энергетического рынка. По словам президента, главная проблема на пути решения этого вопроса — отсутствие универсальных правил, которые будут устраивать всех. "Наши предложения по новым правовым рамкам международного энергетического сотрудничества мы уже всем нашим партнерам направили. Рассчитываем, что эти инициативы будут восприняты позитивно, и совместная работа завершится принятием взаимовыгодных международных соглашений, разработкой новых правил энергетического сотрудничества или коррекцией существующих энергетических соглашений, но такой коррекцией, которая бы учитывала обеспокоенности самых разных стран, — отметил Дмитрий Медведев.

Сменятся лидеры

Темы госрегулирования и протекционизма в речи президента не могли не прозвучать — о них говорили весь предыдущий день на форуме, а в более широком смысле, говорят с самого начала кризиса.

"По какой модели будут развиваться рыночные отношения, — задает вопрос президент. — Окажутся ли правительства в состоянии выполнить свои обещания, смогут ли центральные банки выполнять свои функции, откажутся ли и те и другие от нынешних, гораздо более активных, иногда жестких методов государственного вмешательства, в том числе государственного вмешательства, направленного на защиту собственных рынков, или государства еще очень долго будут ключевыми участниками рыночных отношений, всех экономических процессов".

По словам Дмитрия Медведева, протекционизм в условиях глобальной экономики, какими бы соображениями он ни объяснялся, — это лишь способ загнать проблемы внутрь, а не вылечить их. А приход к государственной собственности, ее более интенсивное использование в большинстве секторов экономики должно рассматриваться, как, наверное, неизбежное, но кратковременное средство решения вопросов".

Эти выкладки звучат очень правильно и логично. Другое дело, насколько долговременной окажется выбранная стратегия. Кризис — отличный аргумент для прихода государства в частный бизнес, с этим не поспоришь. А вот уйдет ли оно из бизнеса, когда кризис закончится — это вопрос. На одной из конференций форума эта проблема обсуждалось и даже была вынесена на интерактивное голосование. Большинство проголосовали за то, что государство из бизнеса не выйдет. Это не может быть прогнозом, но может свидетельствовать о степени доверия власти.

В конце концов, и сам президент недавно продемонстрировал способность менять политический курс. В своей предвыборной программе Дмитрий Медведев, как известно, обещал снизить налоги. Однако недавно на встрече с представителями российского бизнеса в подмосковной Барвихе он сообщил, что налоги снижаться не будут. Радует то, что и повышаться они, скорее всего, не будут. Выступая на пленарном заседании в день открытия Петербургского экономического форума, глава государства намекнул на это недвусмысленно. "Сегодня многие страны принимают решение об их повышении, как минимум, чтобы избежать чрезмерного бюджетного дефицита, но расплачиваться, в конечном счете, придется более низкими темпами мировой экономики в целом", — предостерег Дмитрий Медведев.

Впрочем, он намекнул на опасности пострашнее изменения налогов — например, на изменение места жительства. "Самое важное сейчас — это создать условия для повышения квалификации наших граждан, для их переобучения, в необходимых случаях для смены специальности. Каждый человек при этом должен понять достаточно простую вещь — сегодня нужно стать более мобильным, порой идти и на смену рода занятий, и даже места жительства, чтобы обеспечить комфорт и своей семье, и образование своим детям", — отметил президент.

"Нынешний кризис несомненно приведет к переформатированию мира, — продолжил президент рисовать апокалипсические картины. — И я думаю, что это для всех присутствующих здесь очевидный вывод. В результате сменятся лидеры экономического развития, модели поведения в экономической сфере, модели функционирования самих экономических рынков. А новым моделям, которые будут созданы в ближайшие годы, еще придется пройти испытание на прочность, доказать свою эффективность".

В конечном итоге, впрочем, президент свел свою речь к оптимистичным пожеланиям. "Любой кризис не должен подвергать сомнению самоценность свободы и востребованные современным человечеством демократические, культурные и экономические ценности, ценности, которые рождались в очень трудной борьбе и которые всеми нами завоевывались на протяжении столетий", — завершил он свое выступление. Не очень понятно о каких демократических и экономических завоеваниях России идет речь, но звучит, безусловно, красиво.

Тест на ОБСЕ-пригодность?

Автор: Колонка редактора

«Надеюсь, вам позволят написать об этой пресс-конференции», – эта знаменательная фраза исполнительного директора международной организации «Хьюман Райтс Вотч» (HRW) Кеннета РОТ как нельзя лучше показывает, что думают о нашей стране правозащитные организации и как они оценивают ситуацию в Казахстане со свободой слова.
More...
Впрочем, примерно так же оценивают представители HRW и состояние дел в нашей стране с другими правами и свободами. Традиционные «выражения надежды» на этот раз не смогли заглушить едкого скепсиса и объективного взгляда на вещи авторитетной правозащитной организации. А пообщавшись с членами правительства, они, похоже, только еще больше прониклись пессимизмом.

С прессой представители «Хьюман Райтс Вотч» встретились как раз на следующий день после астанинских дискуссий. Накануне их приезда решением суда была прекращена деятельность координационного комитета Народной партии «Алга!». Кстати, в HRW прекрасно осведомлены, что партия собрала 63 тысячи подписей, среди которых «проблемными» были лишь 314. Как выразился г-н Рот, «трудно найти пример большего соответствия квалификационным требованиям законодательства о выборах даже в странах Запада».

- Процесс регистрации «Алги» будет настоящей проверкой на готовность к политическому плюрализму, — заявил директор HRW, обращаясь к казахстанским властям.

Да бросьте, хотелось сказать ему в ответ — не учите ученых, как в стране с 56 контролирующими органами проверки «разводить».

- Мы, конечно же, знаем о притеснениях журналистов, о концентрации прав собственности на СМИ людей, близких к правительству. Но вопрос, который беспокоит нас больше всего, это злоупотребление законом о клевете как понуждение к самоцензуре, — так оценил г-н Рот свободу прессы в Казахстане и призвал ввести мораторий на уголовное преследование за клевету; отозвать закон об уголовном наказании за клевету; ограничить гражданское разбирательство подобных дел.

Дальше г-н Рот вполне предсказуемо перешел к обсуждаемому в парламенте так называемому закону об Интернете. Не забыв об исключении статьи о праве прокуратуры на несудебное блокирование любой публикации, Кеннет Рот искренне изумился другим положениям законопроекта: «Мы не понимаем, почему каждый веб-сайт должен рассматриваться в качестве СМИ, хотя на самом деле лишь некоторое, очень небольшое их количество действует именно таким образом?»

В том же ключе директор HRW отозвался и о свободе собраний, и о свободе совести (упомянув об одиозных поправках в закон о религии). А потом, назвав все это «скромными мерами», заявил, что они являются «критически важными для того, чтобы продемонстрировать приверженность Казахстана основным стандартам ОБСЕ». Иначе, по его мнению, не избежать «постыдного внимания» к области прав человека в Казахстане.

Естественно (для нас), никто из членов правительства на прошедшей встрече не изъявил готовность предпринять эти шаги.

- Всегда более удобно подавлять независимые голоса. Но ОБСЕ — не об этом. И не об этом толерантность, которую Казахстан собирается сделать центральной темой своего председательства, — жестко расставил все точки над «i» Кеннет Рот и резюмировал: — Если правительство Казахстана рассчитывает, что может спасти свою репутацию с помощью нефти и газа, то его ожидает шокирующий сюрприз.

Источник: Газета "Республика - деловое обозрение" №20 (155) от 5 июня 2009 года

Не факт, что Ernst&Young подписал такой отчет

Автор: Михаил СТЕКЛОВ

Вчера в газете «Время» было опубликовано интервью председателя совета директоров «БТА Банка» Армана ДУНАЕВА. Госчиновник вновь «сыпал» обвинениями в адрес бывшего топ-менеджмента банка, но это, как и тон комментариев, не вызвало особого удивления – все это говорилось уже не раз.
More...
Заинтриговала же нас упомянутая в самом начале интервью фраза о том, что «заслуживающие доверия источники в финансовых кругах» передали редакции сенсационную информацию, из которой следует, что по результатам аудита за 2008 год, проведенного компанией Ernst&Young, «в финансовом фундаменте «БТА Банка» обнаружены огромные дыры».

Прокомментировать этот очередной информационный порыв мы попросили бывшего председателя правления «БТА Банка» Романа СОЛОДЧЕНКО. Надо сказать, что его ответы оказались не менее сенсационными. Впрочем, судите сами.

Сыграли на опережение

- Роман Владимирович, г-н Дунаев выдвинул против прежнего топ-менеджмента банка и Вас лично новые обвинения. Чем ответите?

- Обвинения на самом деле прежние. Я подписывал документы от имени банка, что характеризуется г-ном Дунаевым как «мошенничество без всяких политических мотивов». Понятное дело, то, что подписывает сейчас он с г-ном Сайденовым, — это «поддержание жизнеспособности банка и забота о клиентах».

В интервью много и путаницы, и лжи, но это тема отдельного разговора. Гораздо важнее понять, что хотел сказать, а чего не хотел говорить Арман Галиаскарович и почему это интервью появилось именно сейчас.

- Вы считает, что это интервью появилось именно сейчас не случайно?

- Основной его задачей, на мой взгляд, было предварить публикацию аудированной отчетности и создать впечатление, что обвинения в адрес прежнего руководства подтверждены независимым аудитором. Именно поэтому была задействована схема «слива» избирательной информации в прессу и ссылок на отчет, к которому пока ни у кого, кроме самого г-на Дунаева, нет доступа.

Начнем с того, что обычно годовой отчет аудиторы подписывали уже в начале апреля. Это основной и самый главный документ, отражающий состояние дел в компании, и в его скорейшей публикации заинтересован прежде всего сам банк. Именно им руководствуются внешние партнеры в принятии решений по установлению кредитных лимитов на банк, его ждут инвесторы, рейтинговые агентства и биржевые аналитики.

На момент захода правительства в банк подготовка отчетности двигалась по плану, и никаких задержек в ее своевременном завершении не предвиделось. Однако с приходом нового руководства ситуация поменялась и завершение отчета отложили до окончания разбирательств прокуратуры и финансовой полиции.

- Но чем могут прокуратура и финпол помешать завершению отчета?

- Дело в том, что основной и единственной причиной принудительной капитализации банка в конце января 2009 года, по версии правительства, стало его предбанкротное состояние. Если бы аудиторы выпустили отчет, в котором подтвердили, что по состоянию на 1 января 2009 года, то есть за четыре недели до захода правительства в банк, никаких серьезных проблем у БТА не было, в версию чиновников никто бы уже не поверил.

Более того, учитывая, что в конце первого квартала ситуация в банке кардинально поменялась, такой отчет, по сути, стал бы прямым обвинением нового руководства в доведении банка до дефолта.

- То есть Вы хотите сказать, что новое руко-водство было заинтересовано в затягивании отчета, чтобы завести рака за камень? Но для чего?

- Единственная возможность для новой команды БТА уйти от ответственности — показать ситуацию в банке на конец года хуже, чем она была на самом деле. И задержка в предоставлении отчета, как я предполагаю, связана именно с попытками оказать давление на аудиторов в подтверждении искаженной отчетности.

- Предположим, что это так. Но тогда смогут ли аудиторы противостоять оказываемому давлению?

- Если бы отчет подписывал алматинский офис, то вполне вероятно, что глава Ernst&Young в Казахстане уже сидел бы в майке перед телекамерой и деревянным голосом рассказывал бы о финансовых нарушениях в БТА. Но, к сожалению для нового руководства «БТА Банка», отчет должен утверждаться в московском и лондонском офисах Ernst&Young.

«Компромисс» или... репутация

- А Вы сами какого отчета от аудиторов ожидаете?

- Аудиторская компания, по сути, оказалась сейчас между двух огней или, если хотите, между правдой и фальсификацией. Ernst& Young была бессменным аудитором БТА в течение последних пяти лет, причем работала с компаниями группы не только в Казахстане, но и в других странах. И за все это время каких-то претензий к состоянию отчетности банка у аудиторов не возникало. Последний обзор, подготовленный Ernst&Young за девять месяцев 2008 года, также ничем не отличался от предыдущих. Было бы странным, если бы такие претензии вдруг появились в январе.

Но если сейчас аудиторы выпустят отчет о вполне удовлетворительном финансовом состоянии банка, он станет подтверждением того факта, что к развалу банка привели действия правительства со всеми вытекающими последствиями для бизнеса E&Y в Казахстане.

Если же аудиторы пойдут на «компромисс» и на свет появится отчет, в котором финансовое положение банка будет представлено в более выгодном для правительства свете, Ernst&Young придется отвечать на неудобные вопросы о том, почему все выявленные недостатки вскрылись только после вмешательства правительства.

- И какие могут быть в таком случае пос-ледствия? В том числе и для аудиторской компании?

- О том, к каким последствиям может привести такой разворот дел, мы знаем из опыта аудиторской компании Arthur Andersen. Когда после краха энергетической корпорации Enron выяснилось, что аудитор вступил в сговор с управленцами энерготрейдера и фактически помогал манипулировать его отчетами для инвесторов, корпорация под напором репутационных рисков и юридических преследований обрушилась (и это банкротство даже затмило в профессиональном сообществе последствия краха самого Enron). Через несколько лет суд оправдал Arthur Andersen. Но к тому времени фирма уже перестала существовать.

Сегодня аудиторы находятся под еще более пристальным вниманием. Кроме того, я не исключаю возможности появления исков уже против аудиторов со стороны не только миноритарных акционеров банка, но и его кредиторов.

Ключ — в фразе Дунаева

- Но судя по интервью нынешнего председателя совета директоров банка, аудиторы выбрали второй вариант. Вы так не считаете?

- Пока судить рано. Сам отчет увидит свет только через месяц. Но уже сейчас можно предположить, каким именно образом пытались «прогнуть» аудиторов.

Ключевой в этом понимании является фраза из интервью г-на Дунаева (цитирую): «несмотря на то что аудит проводился по результатам истекшего года, во внимание принималось состояние активов банка на момент завершения аудиторского отчета, который мы получили буквально на днях».

Но аудиторский отчет составляется по состоянию на дату и не может меняться исходя из последующего развития ситуации. Аудиторы могут и должны включать в отчет события, повлиявшие на состояние банка, произошедшие после отчетной даты, но это не должно отражаться на цифрах отчетного периода.

- То есть в переводе на русский язык...

- В переводе на понятный язык фраза г-на Дунаева звучит так: «мы пытались убедить аудиторов, что причины объявленного нами в апреле дефолта надо искать не в нарушениях, связанных с заходом правительства в банк, и не в бездарной работе нового руководства, а в инвестиционных амбициях г-на Аблязова».

Вместо того чтобы выкручивать руки аудиторам и затягивать на полгода публикацию годовой отчетности, гораздо честнее было бы выпустить два промежуточных обзора по результатам первого квартала и первого полугодия. Тогда вкладчикам, интересы которых столь ревностно блюдет г-н Дунаев, была бы без разъяснений понятна разница между «по меньшей мере нежизнеспособным» лидером банковского сектора и «более эффективным, ориентированным на внутреннюю экономику» дефолтным банком.

- Было бы замечательно, если бы аудитор прислушался к Вашему мнению. Нашим читателям не помешала бы объективная информация о том, что действительно происходит в БТА сегодня.

- Согласен, тем более что по мере ухудшения ситуации в банке объем дезинформации, распространяемой новым руководством, будет нарастать. Кстати, чтобы у читателей вашей газеты и людей, так или иначе заинтересованных в БТА, была возможность познакомиться с альтернативной точкой зрения на положение дел, я открыл блог на http://solodchenko.blogspot.com/, в котором готов буду отвечать на вопросы в режиме онлайн.

Доступные в Казахстане форумы сегодня жестко администрируются, а новое руководство банка дает далеко не полную оценку событий. В результате многие вопросы клиентов и инвесторов банка остаются без ответа. Надеюсь, новый ресурс позволит в какой-то мере заполнить этот пробел.

- Отличная новость. Спасибо за информацию.



Вопросы «на засыпку»

- Как Вы оцениваете заявление зампреда банка г-на Холодзинского, который озвучил ожидаемую цену продажи БТА российскому «Сбербанку» в две балансовых стоимости?

- Ни в коем случае не посягая на право продавца назначать свою цену, замечу, что в случае реализации подобных ожиданий факт продажи находящегося в дефолте банка за указанную цену может найти место в книге рекордов Гиннесса.

- На прошлой неделе глава фонда «Сам-рук-Казына» наз-вал иски, поданные миноритарными акционерами бан-ка, необоснованными и бесперспективными. Вы с исками знакомы? Насколько прав г-н Келимбетов?

- Судя по тому что дословно сказал Кайрат Нематович: «Государство не забирало пакет акций (БТА), банк находился в предбанкротном состоянии, мог бы просто обанкротиться», — содержание исков ему просто не знакомо.

- А расходы консультантов он оценил в миллионную долю процента от суммы возвращаемых активов. Это действительно так?

- Думаю, Кайрат Нематович погрешил одновременно и против истины, и против элементарной арифметики. Во-первых, в сделках подобного рода процент от суммы является стандартной практикой и измеряется целыми числами, а вовсе не долями. Во-вторых, даже от всего российского портфеля в 6 миллиардов долларов миллионная доля процента составляет 60 долларов — сумма несолидная даже для оплаты одного часа работы уважающего себя консультанта.

Депутаты сказали экспертам «нет»

Автор: Полина ЛЕГИНА

Депутаты Павлодарского городского маслихата категорически отказались от помощи общественных экспертов. Главным контраргументом народных избранников было то, что общественная палата экспертов при парламенте республики не поднимает серьезных вопросов.
More...
На этой неделе на совместном заседании комиссий Павлодарского городского маслихата депутаты четверть часа с воодушевлением клеймили, казалось бы, безобидное предложение своего коллеги. Депутат и председатель Гражданского альянса Павлодарской области Сергей Гуляев предложил внедрить в практику принятия государственных программ и иных решений общественную экспертизу.

Свою идею г-н Гуляев мотивировал тем, что депутаты далеко не всегда являются специалистами в той сфере, которую обсуждают. Следовательно, не всегда могут выносить взвешенные решения. В списке же членов Палаты общественных экспертов Гражданского альянса Павлодарской области, согласившихся помогать народным избранникам, числятся экологи, социологи, юристы, экономисты, врачи.

- Эксперты проводят экспертизу в соответствии с техническим заданием, например на соответствие запланированных мероприятий ожидаемым результатам, — убеждал коллег Сергей Гуляев. — В целом же наша задача — привлечь независимый экспертный потенциал для повышения качества бюджетных программ.

Обычно лояльные к выступлениям своих коллег на сей раз депутаты проявили завидную принципиальность. Присутствие на заседаниях маслихата неких советчиков со стороны они назвали поблажкой волоките и бюрократии.

- Не заволокитим ли мы принятие решений с этими экспертами? У нас и так хватает работы! — дал отмашку тенденциозной дискуссии депутат Слямбек Акимов.

Команду «фас» тут же поддержали другие избранники.

- А это предложение вообще законно? А в других городах есть такие советы? — поинтересовались депутаты и, получив на оба вопроса утвердительные ответы, стали выдвигать другие контраргументы: — Что это дает? Есть ли у нас специалисты, которые могут давать заключения нерекомендательного характера?

- Мы, если понадобится, и так к экспертам можем обращаться, — раздавалось то тут, то там.

- Кто-нибудь когда-нибудь слышал, чтобы общественная палата при парламенте подняла какой-нибудь серьезный вопрос? — перехватил наступательную инициативу депутат Аскар Бахралинов. — Я считаю, это пустая трата времени. У нас есть что обсуждать — например ставки налоговых платежей.

И ни тот довод г-на Гуляева, что любое заключение носит рекомендательный характер, ни тот, что маслихату по сути предлагается ресурс в виде бесплатных экспертов, не мог поколебать упрямого нежелания депутатов пускать в свой огород непрошеных специалистов. Вопрос с повестки очередной сессии решили снять.

Без Карима Масимова не обошлось?

Автор: Мухамеджан АДИЛОВ

Многочисленные «белые нитки», которыми сшиты обвинения в адрес Мухтара Джакишева и его коллег, заметили многие. Например, в заявлении ДПК «Азат», которое партия обнародовала на этой неделе, приводится свидетельство того, что прежнее руководство НАК «Казатомпром» просто не могло украсть у государства и продать иностранным инвесторам казахстанские урановые месторождения,
More...
так как подобное право в форме подписания контракта на недропользование является исключительной прерогативой государства в лице правительства и Министерства энергетики и природных ресурсов.
В приложении к заявлению «Азата» приводится информация с официального сайта Канадской администрации по ценным бумагам (www.SEDAR.com) относительно отдельных сделок, которая полностью противоречит версии следствия.

Так, в официальном пресс-релизе КНБ РК сказано: «В последующем при участии указанных иностранных компаний были созданы совместные предприятия — ТОО «Кызылту», ТОО «Бетпак дала», ТОО «Кендала KZ», ТОО «Байкен-U», ТОО «Кызылкум» и еще ряд предприятий. Указанным СП на безвозмездной основе были переданы права недропользования на крупнейшие урановые месторождения «Акдала», «Инкай», «Харасан-1», «Мынкудук» и другие с запасами урана более 200 тысяч тонн и фактической стоимостью в десятки миллионов долларов США, а также Степногорский горно-химический комбинат».

А информация с официального сайта Канадской администрации по ценным бумагам свидетельствует: месторождения иностранным инвесторам отдала не НАК «Казатомпром», а Министерство энергетики и минеральных ресурсов РК. То самое, которое, как уполномоченный государственный орган, имеет эксклюзивное право подписывать контракты на недропользование.

Цитируем: «9. Харассан контракт, датированный 8 Июля 2005 г., измененный 15 Сентября 2005 г., между Кызылкумом и Министерством Энергетики и Минеральных Ресурсов. См. пункт 3.2 «Общее развитие бизнеса UrAsia — Значительные приобретения — Приобретение Харассан», «11. Акдала контракт датированный 28 Марта 2001 г., измененным 23 Мая 2002 г., 7 Июня 2004 г. и 25 Апреля 2005 г. между Бетпак Дала и Министерством Энергетики и Минеральных Ресурсов. См. пункт 3.2 «Общее развитие бизнеса UrAsia — Значительные приобретения — Приобретение Акдала и Южного Инкая», «13. Южный Инкай контракт датированный 8 июля 2005 г., измененный 15 Сентября 2005 г. между Бетпак Дала и Министерством Энергетики и Минеральных Ресурсов. См. пункт 3.2 «Общее развитие бизнеса UrAsia — Значительные приобретения — Приобретение Акдала и Южного Инкая».

Эти цитаты свидетельствуют, что КНБ РК пытается, мягко говоря, «завести рака за камень». Ведь продажа казахстанских уранодобывающих ТОО не означает продажи месторождений: государство в лице Министерства энергетики и природных ресурсов имело и имеет право наложить запрет на сделку, во-первых, а во-вторых, не переподписывать контракт на недропользование в связи со сменой контроля над недропользователем.

Другими словами, в 2005 году сделки по продаже уранодобывающих предприятий прошли все согласования, в том числе и в КНБ Республики Казахстан, и были благополучно проведены. Через четыре года они же оказались поставлены в вину Мухтару Джакишеву и его коллегам. Возникает вопрос — почему? Что изменилось?

Конечно, нам могут заявить, что нынче президент поручил навести порядок в стране и побороть коррупцию, а Мухтар Джакишев деньгами из «черной кассы» подкупил чиновников Министерства энергетики и природных ресурсов. Но тогда возникает закономерный вопрос, а где ответственность Школьника Владимира Сергеевича? Ведь без участия и санкции министра энергетики и природных ресурсов сделки с канадским инвестором в 2005 году состояться не могли.

Более того, г-н Школьник назначен новым президентом НАК «Казатомпром». Получается, что даже если преступление было, то один его «участник» назван официальными представителями КНБ преступником еще до суда и к тому же руководителем организованной преступной группы, а второй участник назначен руководить местом «преступления»? Веселенькая история!

Что же касается борьбы с коррупционерами, взяточниками, расхитителями со стороны КНБ и его сотрудников, то нас удивляет субъективность выбора подозреваемых. Про хищения в национальной компании «Казахстан темiр жолы» в казахстанской прессе писали не раз, причем не только оппозиционные и независимые издания. Однако дело закончилось тем, что посадили только Жаксыбека Кулекеева, причем за то, за что другие топ-менеджеры даже не получили выговора.

И это притом, что в КТЖ воровали даже не миллионами, а сотнями миллионов долларов. Достаточно вспомнить телефонные разговоры, вывешенные в Интернете, героем которых является г-н Атамкулов. Однако мы ничего не слышали, чтобы против последнего КНБ предприняло хоть что-то. Неужели потому, что Амангельды Шабдарбаев и Ерлан Атамкулов из одного аула?

Источник: Газета "Республика - деловое обозрение" №20 (155) от 5 июня 2009 года

Явный сдвиг по парадигме?

Автор: Анастасия ПРИЛЕПСКАЯ

Пресса все не так понимает, когда речь идет о регулировании интернет-пространства. По крайней мере, в этом твердо убежден главный регулятор Куанышбек Есекеев. Свою точку зрения председатель Агентства по информатизации и связи изложил вчера на заседании рабочей группы в Сенате. По его версии, Всемирная сеть – это рынок, а не средство творческого самовыражения.
More...
Оказывается, у всех, кто усмотрел в новом законопроекте интернет-цензуру, проблема с парадигмой. Именно этот термин использовал Куанышбек Есекеев, когда отвечал на вопросы по законопроекту с поправками по вопросам информационно-коммуникационных сетей. Этот документ был одобрен Мажилисом и сейчас активно обсуждается в рабочих группах Сената.

- Парадигма Интернета на сегодня другая. Нас воспитали, что Интернет — это что-то такое, где все могут выразить свое мнение. В течение пяти лет оппозиция жестко воспитывала нас, чтобы мы реально смотрели там оппозиционные сайты, собирали там информацию, — глубокомысленно заключил главный регулятор.

Впрочем, в этом заявлении новым было только слово «парадигма», которое, если верить энциклопедиям, означает систему ценностей, методов, технических навыков и средств, характерных для определенного периода времени. И, по сути, к пониманию Интернета этот термин имеет весьма отдаленное отношение. Но все же лучше, чем «технический вопрос», при помощи которого глава АИС раньше уходил от ответов.

А так заявление г-на Есекеева было старо, как мир: во всем виновата оппозиция. Как в одной популярной песне: «Это мы придумали Виндоуз, это мы отменили дефолт...», так и в понимании г-на Есекеева: это оппозиционеры научили интернет-пользователей и читать, и писать, и мыслить. А вот это уже, оказывается, очень вредно в рамках существующей... парадигмы.

Периодически это приводит к правильным выводам, пониманию своих прав и — о, ужас! — попыткам их защитить. Так и появились, видимо, идеи организованных выступлений в южной столице, когда блогеры (не иначе как тоже воспитанные неправильным свободным Интернетом) прислали по почте спикеру Мажилиса закованную в цепи клавиатуру.

Вообще законопроект с интернет-поправками еще на стадии разработки вызвал мощный резонанс и получил отрицательные оценки экспертов разного уровня. Правозащитники и журналистские ассоциации долго пытались достучаться до сознания депутатов, указывая на нормы, явно абсурдные или значительно ухудшающие положение СМИ, живущих в Сети. Большинство возражений депутаты проигнорировали.

В результате борцам за свободу в Сети удалось «отбить» только одну спорную поправку из трех. Мажилисом была отклонена норма, позволяющая генеральному прокурору единолично приостанавливать деятельность интернет-ресурса, если размещенная в нем информация, по его мнению, идет вразрез с законодательством. Хотя, как выяснилось, глава АИС остался при своем мнении.

- Реакция местных СМИ была на разные статьи, особенно касательно санкции генерального прокурора, того, что он может без суда прекращать действия СМИ. Но я, как разработчик, честно скажу, до сих пор остаюсь на данной позиции, — заявил он, выступая в рабочей группе Сената.

Другую норму законопроекта, которая приравнивает все интернет-ресурсы к СМИ, мажилисмены одобрили, а сенаторы до сих пор всеми силами старались не замечать. Настолько, что пытались даже якобы избежать присутствия журналистов на заседаниях рабочих групп. Но когда пресса явилась организованной толпой к руководителю этой группы — депутату Сената Нурлыгаим Жолдасбаевой, она отрицала все слухи, и в итоге лично пригласила представителей СМИ на все последующие рабочие группы по интернет-поправкам.

Видимо, к этому моменту журналисты успели поговорить не только с г-жой Жолдасбаевой, поскольку на рабочей группе уже сенатор Талгатбек Абайдильдин «реанимировал» тему всеобщей СМИ-уравниловки и поинтересовался, будет ли распространяться требование о регистрации в Министерстве культуры и информации на интернет-ресурсы. Ответ Минкультуры удивил всех.

- Интернет-ресурсы постановке на учет в уполномоченном органе, коим является МКИ, не подлежат, — заявила ответсекретарь ведомства Жанна Курмангалиева.

То есть получилось, что все интернет-ресурсы по новому закону — это СМИ, но для Минкультуры они, оказывается — не СМИ? Или это опять проблема с парадигмой...

Политические увлечения

Автор: Алан ХУРУМОВ

Всегда завидовал людям, по-настоящему увлеченным чем-то помимо работы. Не важно чем – можно коллекционировать солнечных зайчиков и уходить в нирвану, встретив новый, необычный экземпляр. А несколько лет назад в среде столичных художников была мода на люки. Интересно, где эти художники находили экспонаты для своих коллекций? Если непосредственно под ногами, представляю, как художественно честили их ночные бродяги, в темноте спьяну попадавшие в сакральные черные дыры канализационного творчества.
More...
Особенно часто жертвами хобби становятся политики. Что, в общем, объяснимо. Они настолько устают от своих бесконечных встреч, переговоров, дипломатических приемов, что бросаются на новое увлечение как кролик на удава.

Заокеанские политики чаще всего увлекаются искусством — исключение составляют разве что Буши с их семейной привычкой играть в солдатики на территории Ирака. Остальные западные президенты последовательно тяготеют к музам. Взять того же актера Рейгана или саксофониста Клинтона. Последний, правда, в перерывах между сейшенами соблазнял стажеров Белого дома. Но тяга к галантным подвигам — тоже ведь своего рода искусство.

Российских политиков увлекают все больше спортивные и социальные вещи. Первый российский президент, как помним, был воплощением теннисной ракетки. Второй — сражался на татами. А когда все спортивные и политические соперники главы государства пали под его удушающими приемами, переключился на лыжи. Благо боксеров и биатлонистов среди наших публичных политиков пока не наблюдалось, но еще не вечер.

А вот столичный градоначальник увлекается социальными проектами. Главные два дела его жизни, как известно, поворот сибирских рек и тяжба с московскими гомосексуалистами. Это он, последний из могикан общественной нравственности, встает как один перед представителями сексуальных меньшинств, защищая наши души от воинствующей армии растленных геев и лесбиянок. А благодарности, как водится, никакой. Мало того — весь Интернет пестрит сомнительными сентенциями о том, что гомофобия — признак латентного гомосексуализма. Хочется крикнуть: «Хватит уже! Оставьте мэра в покое!» Я и кричу — а что толку? Меньшинство не унимается.

Московские гей-активисты подают в суд на мэра Юрия Лужкова, назвавшего их в телеэфире «гомиками». Истцы намерены потребовать с градоначальника компенсацию за унижение чести и достоинства в размере одной копейки. Оргкомитет запрещенного градоначальником московского гей-парада также намерен направить жалобу в Генпрокуратуру с требованием проверить высказывания мэра на предмет нарушения двух статей УК. 282-й (возбуждение ненависти либо вражды по признакам принадлежности к какой-либо социальной группе) и 149-й (воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования или участию в них).

Вообще говоря, страшно становится за нашего градоначальника. Не мальчик, поди, восьмой десяток пошел. Дожмут его эти гомосеки. А не дожмут — так сломит неверие людское. Скептики и ретрограды то и дело поминают его теорию отъема воды в сибирских реках. А сейчас у мэра новое увлечение — дирижаблями. Вот уж будет пересмешникам пища для глумления. Держитесь, Юрий Михайлович, мы с вами.

На заседании столичного правительства мэр Москвы Юрий Лужков предложил спасать людей, тонущих в столичных водоемах, с помощью дирижабля. «Основная часть городской акватории не контролируется, — посетовал мэр. — Почему бы не использовать легкие дирижабли, которые будут курсировать над водоемами? Если специалист-спасатель увидит тонущего, он может прыгнуть и оказать ему помощь».

Пугает то, что мэр — человек горячий, даром что не молод. И в каждое новое дело он окунается с неистовством семнадцатилетнего юноши. Вдруг Юрий Михайлович решит показать пример? Доказать, стало быть, скептикам эффективность нового метода. Представляете, утопает человек, вздевает руки к небу в поисках помощи, а оттуда на него сваливается мэр Москвы Юрий Михайлович Лужков в костюме спасателя. Утонет ведь, мерзавец. Раскроет от изумления рот и пойдет ко дну.

Порой увлечение становится частью работы. Американцы называют это funky business — когда непонятно, что движет человеком, жажда прибыли или любовь к своему хобби. В России это тоже встречается. Правда, большинство поклонников funky business по какому-то странному зигзагу судьбы сконцентрировано в Федеральной антимонопольной службе. Из-за этого у ФАС сложилась репутация возбудителя самых нелепых дел. Взять то же нашумевшее дело против столичных гостиниц, поднявших цены на свои услуги во время проведения в Москве конкурса «Евровидение». Поднимать цены накануне столь масштабного мероприятия — вполне оформившаяся мировая практика. Уверен, что ее использовали уже во времена первых Олимпийских игр. Надо же было где-то останавливаться поклонникам Геракла, приехавшим со всех концов Олимпии поболеть за своего кумира. Алчные хозяева таверн и хоспитеумов на Пелопоннесе знали об этом. А ФАС тогда еще не было. Зато теперь она есть. И энтузиазм ее сотрудников иначе, как любовью к искусству, ничем другим не объяснишь. На днях появилось новое «фанки-дело» от ФАС.

Управление ФАС по Республике Коми возбудило дело об оскорбительном использовании в рекламе знаменитого плаката «Родина-мать зовет!». Местная компания «Адреналин», работающая в индустрии развлечений, с помощью знаменитого советского плаката привлекала клиентов в принадлежащий ей клуб пейнтбола «КалашникOFF». Всем знакомое изображение женщины в красном на фоне боевых штыков было размещено в одной из городских газет Сыктывкара. При этом патриотический призыв на плакате был заменен слоганом «Родина-мать в пейнтбол зовет играть!». По результатам проверки на предмет возможного нарушения законодательства экспертный совет при ФАС признал, что реклама оскорбляет чувства ветеранов, и рекомендовал возбудить дело о нарушении Федерального закона «О рекламе».

Интересно, в чем ФАС усмотрела нарушение антимонопольного законодательства? Быть может, «Адреналин» выкупил права на использование этого плаката у потомков его создателя — художника Ираклия Тоидзе? И теперь использует плакат единолично, не делясь с коллегами и получая, таким образом, неоспоримое конкурентное преимущество?

А вообще, лучше, конечно, не затрагивать военную тему в стране, которая воюет с промежутками в десять-двадцать лет. Для нас это больная тема. На Западе этого совершенно не понимают.

Россия опустилась на 136-е место в Глобальном индексе миролюбивости, включающем 144 места. В прошлом году Россия также была названа одной из самых воинствующих стран в мире и занимала 131-е место. А вот самой кроткой страной в мире в 2009 году была признана Новая Зеландия. Она получила первое место благодаря низкому проценту насилия в стране и снижению расходов на вооружение.

Ну, голубчики, так нельзя. Вы совершенно не учитываете национального менталитета. Ждать снижения насилия от страны, которая вводила войска в Чехословакию, Афганистан, Приднестровье, Чечню и Грузию, было бы, по меньшей мере, странно. Поосторожнее с нами, ребята. И рейтинги свои подправьте. А то ведь вспомним свое любимое хобби. В смысле увлечение. То есть привычку. Короче, в нашей стране самая модная фраза: «Мочить в сортире». Намек понятен?

Завтра будут другие «враги народа»

Автор: Сергей ДУВАНОВ

Все прекрасно понимают, что наши высокопоставленные чиновники не живут на одну зарплату. Быть во власти и жить на одну зарплату – сегодня признак дурного тона. Зарплата для чиновника – скорее своеобразная прописка по месту работы. Все остальное уже вопрос способности получить свое от этой работы. Кто-то кормится, беря взятки наличными, кто-то придумывает схемы получения откатов, а кто-то умудряется приватизировать куски госсобственности.
More...
Никто не удивляется, откуда у чиновников с фиксированной и, в общем-то, невысокой зарплатой большие деньги. Все знают, что государственная служба дает возможность иметь солидный «приработок». Это негласное правило работы в госорганах. Это уже НОРМА. Именно поэтому наши госчиновники такие состоятельные: живут в шикарных квартирах и особняках, ездят на крутых лимузинах, отдыхают на престижных курортах. При этом они, не стесняясь, демонстрируют, что живут не по средствам. И мы с этим свыклись — с тем, что они воруют. Это, так сказать, реальность нашего бытия.

Лицемеры и трусы — сколько их среди нас?

Но умение чиновников использовать свое служебное положение в корыстных целях — это одна сторона проблемы. Если есть тот, кому дают взятки, то должны быть и те, кто их дает. Серьезная предпринимательская деятельность в стране невозможна без взяток, откатов, крышевания — это аксиома. И об этой аксиоме прекрасно знает президент Назарбаев, который с полным основанием заявляет, что любого может взять за руку и отвести в суд.

То есть по умолчанию предполагается, что у каждого мало-мальски преуспевающего бизнесмена рыльце в пушку. И мы все, включая прокуроров, судей, сотрудников правоохранительных органов, парламентариев и президента, соглашаемся, что в Казахстане в принципе трудно найти честных людей. С одной стороны, погрязшие в казнокрадстве и взяточничестве госчиновники, а с другой — бизнесмены, олигархи, которые привыкли решать свои проблемы в обход закона. Одни «греют руки» у костра госсобственности, другие пользуются этим для решения своих шкурных проблем. Понятно, что о государственных интересах здесь разговора нет — люди работают на себя. Представляете, мы знаем об этом и нам абсолютно не стыдно.

Есть еще одна категория людей, которые, видя все это, матерятся на собственных кухнях и... тоже молчат. Эти просто боятся. Все, круг замкнулся. Мы все больше превращаемся в нацию воров, лицемеров и трусов. Воров — потому что воровство для нас перестало быть унизительным делом. Лицемеров — потому что мы стали двуличными и неискренними, перестав называть безнравственные вещи своими именами. Трусов — потому что мы боимся тех, кто сделал нас такими, и, более того, боимся в этом самим себе признаться.

При этом, конечно, о коррупции и казнокрадстве пишут в газетах. Признаются, что, мол, имеются еще нерадивые чиновники, которые допускают нарушение закона. Оппозиция подсказывает президенту, у кого из его окружения рыльце в пушку. Квятковская призывает разобраться с Аблязовым и Джакишевым. То есть разговор идет об отдельных персоналиях. Дескать, в принципе, все остальные у нас хорошие, а вот этот и этот плохие. Ату их! Ату!

Вон и президент Назарбаев недавно рассмешил всех, сказав, что коррупционеров-чиновников у нас всего-то 1%, а остальные 99% честные и порядочные. Что это — неприкрытое лицемерие, откровенная ложь или неадекватность?

И это притом, что регулярно принимаются различные программы по борьбе с коррупцией. Более того, в последнее время даже кое-кого стали судить и даже сажать за решетку. С чего бы это? Неужели этот самый 1% так достал? Думаю, все как раз наоборот: 1% — тех чиновников, которых по каким-то причинам нельзя сегодня отвести в суд. А остальных — смело можно вести. Но ведь вот что интересно — не ведут. И не поведут.

Воруют все, а сажают выборочно

Смысл созданной Назарбаевым системы как раз в том, что в суд при ней ведут только тех, кто становится неугодным ее создателю. Остальным предоставляется право продолжать брать и давать, обогащаться и прибирать к рукам госсобственность. Главное условие — лояльность к Системе и ее поддержка.

Правда, одного проявления лояльности уже мало. Нужно, чтобы Хозяин ей верил. А это, не имея доступа «к телу», не всегда просто обеспечить. Ты можешь быть предельно лояльным, а твои недоброжелатели и завистники такое наговорят, так преподнесут, что уже и ты в опале. И тут за твою безопасность никто и ломаного гроша не даст — за руку и на скамейку подсудимых.

Кулекеев, Буркитбаев, Аблязов, Джакишев. Тоже верой и правдой служили Режиму или Отечеству (кому как удобнее считать). А в итоге — за руку и в суд. Почему именно их? Наверное, потому что высовывались. Один, вместо того чтобы, как все, рубить по-тихому «капусту», решил порядок на железной дороге навести. Другой тоже возомнил, что закон выше, и замахнулся на бизнес людей из окружения. Третий создал лучший банк в СНГ. Четвертый — организовал лучшую урановую отрасль.

Вполне допускаю, что при этом они не всегда строго следовали закону. В Системе так заведено: закон что телеграфный столб — перешагнуть нельзя, а обойти можно. Так приучили. В Казахстане у сильных мира сего есть свой особый статус, не прописанный ни в одном законе, но тем не менее позволяющий им быть чуть-чуть выше закона. Они не противятся этому. Они этим пользуются в полной мере, порой не замечая той грани, за которой наступает ответственность. Это понятно.

Непонятно другое: почему из всех живущих по правилам Системы выбрали именно этих? Вот главный вопрос, который напрашивается, если посмотреть на то, как нынче борются с коррупцией в Казахстане. Вопрос, который хочется задать г-же Квятковской, открывшей новую эру политического доноса. Почему политического? Да потому что мисс «Стук-2009» прекрасно понимает, что «злодейство», в котором она обвиняет Джакишева и Аблязова (даже если оно действительно имеет место), — это норма жизни. За это у нас не наказывают, остальные банкиры, олигархи, бизнесмены работают точно так же. Каждого можно брать за руку и вести в суд. Но ведь не берут и не ведут.

Если бы г-жа Квятковская решила восстать против этой оскорбляющей казахстанцев традиции, я бы первый поддержал ее. Но нет, ей важно, чтобы прокуратура разобралась именно с Джакишевым и Аблязовым. Другие ее не волнуют. Такая избирательность о многом говорит: ни при чем здесь «ограбление Отечества», тут явно нечто другое. А вот это и есть политика.

Почему судили Кажегельдина, вытащившего страну из глубокого кризиса? Почему посадили Жакиянова и Аблязова, возглавивших оппозицию? Почему не стало Нуркадилова и Сарсенбаева — знаковых фигур в политической жизни Казахстана? Почему опять попал под «молотки» Аблязов? Кому понадобилось ломать жизнь Джакишеву? Почему «отстреливают» лучших, а посредственности остаются в тени?

И почему нет дела до тех, кто приватизировал основные отрасли казахстанской экономики и богатеет, тихо улыбаясь со страниц «Форбса»? Почему не стучат на них или на тех, кто спокойно снимает сливки, сепарируя наше национальное богатство через оффшорные зоны? Неужели наши стукачи думают, что там все чисто с точки зрения законности? Или команды не было?

Почему старательно обходится стороной процесс «Казахгейта»? Вот уж, казалось бы, достойная тема для обращения в прокуратуру. Ан нет! Тут наши радетели национальных интересов язычок прикусили: страшно, можно в ответ и схлопотать.

Лучше в воде, чем на сковородке

Из истории известно, что стучать начинают, когда власти объявляют охоту на «врагов народа». Так режимы избавляются от опасных для них людей, а заодно пытаются оправдать свою несостоятельность. Мол, вот из-за кого у нас проблемы. Поводы для репрессий самые разные — от обвинений в сотрудничестве с иностранными разведками до инкриминирования банальных экономических преступлений.

В нашем случае власти придумали оригинальную схему. Вначале всем, что называется, добровольно-принудительно позволяют совершить противоправные действия, а затем шантажируют тем, что каждого могут отвести в суд. Сложившаяся практика предполагает, что все создаваемые чиновниками трудности проще решаются вне правового поля, а это криминал, который при определенных условиях можно использовать для возбуждения уголовного преследования.

В этом случае коррумпированность чиновников выступает этаким инструментом подсадки как самих чиновников, так и фигурантов бизнеса на своеобразную иглу потенциальной уголовной ответственности. Так оказываются на крючке, с которого уже не соскочить. А когда ты на крючке, главное — не дергаться и не высовываться: лучше сидеть тихо в воде, чем оказаться на сковородке.

Поэтому вся наша политическая элита тише воды и ниже травы и демонстрирует полный политический одобрям-с Назарбаеву. Этим же можно объяснить и беззубость нашей оппозиции, которая точно так же уязвима в части своих лидеров, бывших во власти или в большом бизнесе. Все они прошли назарбаевский курс молодого бойца эпохи первоначального накопления капитала. А это значит, что варились в общем котле пренебрежения к праву, закону, к чести и справедливости.

Это не только школа, это еще и определенные грехи прошлого, которые, как вириги, постоянно напоминают о себе. Прошлое эпохи первоначального накопления капитала в руках Назарбаева — сегодня один из действенных инструментов сдерживания политических амбиций со стороны новых политических лидеров.

Вспомните, стоило Кажегельдину заявить о своих претензиях на власть, как тут же из этого прошлого на него достали компромат. То же самое было с Жакияновым и Аблязовым. Понятно, что все предъявленные им обвинения были шиты белыми нитками, но это говорит только о том, что следствию и суду не так важны реальные факты, при необходимости они могут элементарно из административной мухи сделать уголовного слона.

Чем больше врагов, тем меньше друзей

Осторожность приходит с опытом, поэтому Аблязов — в Лондоне, а Джакишев — за решеткой. От иллюзий, что, мол, если я невиновен, то чего мне бояться в этой стране, быстро избавляются. Я бы порекомендовал казахстанским политикам и бизнесменам перечитать басню Крылова «Волк и ягненок». «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать», — эти слова очень точно отражают происходящее с Джакишевым и Аблязовым.

Но сегодня это актуально для всех. Нужно понимать, что на их месте завтра может оказаться каждый. Режим вступил в стадию репрессий, везде мерещатся интриги, заговоры, враги. «Охота на ведьм» — перманентное состояние такой власти. Замкнутый круг, из которого выхода нет... для того, кто в него попал.

Однако не все так безнадежно. «Охота на ведьм» медленно, но верно работает на изменение ситуации. Люди так устроены, что пока им говоришь про режим личной власти — это не воспринимается. Но стоит почувствовать на собственной шкуре, как наступает прозрение и понимание того, что так больше не должно продолжаться.

В свое время это понял Кажегельдин. Потом к этому пришли те, кто создал ДВК. Понимал это Нуркадилов. Есть ощущение, что пришел к этому Рахат Алиев. Думаю, что просветление наступило у Кулекеева и Буркитбаева. Сегодня это, видимо, происходит с Джакишевым.

Завтра будут и другие «враги народа». Понимаю, звучит очень цинично, но логика ситуации такова, чем больше их будет, тем быстрее все это кончится.

Источник: Газета "Республика - деловое обозрение" №20 (155) от 5 июня 2009 года

К Мухтару Джакишеву жену не пустили

Автор: Камиль АЯНОВ

Сотрудники КНБ, громко заявившие на пресс-конференции о том, что свидания родственников с задержанными казатомпромовцами разрешены, изрядно преувеличили. В четверг супруги арестантов попытались навестить своих мужей, но следственный изолятор КНБ встретил женщин запертыми дверями. Общаться с женами подозреваемых и свидетелей не пожелал даже дежурный следователь, которому это положено по должности.
More...
- Каждый человек имеет право на защиту, на свидание с близкими, — заявила Джамиля — супруга главного подозреваемого по делу «Казатомпрома» Мухтара Джакишева. — На своей официальной пресс-конференции товарищ Петровский заявил, что якобы все жены были на свидании, что они видели своих мужей. Я вам официально заявляю: этого не было. И все жены могут это подтвердить.

Когда делегация женщин подъехала к воротам, работники СИЗО КНБ заняли глухую оборону: оперативно закрыли ворота, навесили замок. Попытки Джамили и ее подруг по несчастью — Марийки Цоцории, Натальи Парфеновой и Тамары Пирматовой — связаться с дежурным следователем оказались безуспешными. По переговорному устройству женщинам сообщили, что их не примут. На том разговор закончился.

К задержанным не пускают не только родственников, но и адвокатов. Так, юрист Асылхан Дюсембин долго и безуспешно пытается пробиться к своему подзащитному или хотя бы ознакомиться с материалами дела. И каждый раз получает отказ. Мол, в материалах содержатся госсекреты. (Тот факт, что Дюсембин, как работник юридического департамента «Казатомпрома», имеет право доступа к этим документам, почему-то никто не учитывает.) Зато народные избранники без проблем сумели получить полную информацию, о чем с гордостью заявили в официальных СМИ.

- Получается, что депутаты без допуска могут спокойно взять и ознакомиться с секретными делами! — возмущена г-жа Джакишева. — Для них это не госсекрет. А для адвоката, юриста, у которого есть допуск, это тайна. То есть у нас получается какая-то выборочная секретность. Для нас секретно, а для тех — нет.

Единственная реакция, которой удалось добиться несчастным женщинам, — это приезда... патрульного наряда полиции. Как сообщил инспектор Имаганбетов, в ДВД поступило сообщение о том, что там проводится несанкционированный митинг. Однако полиция, оказавшись под прицелом телекамер, повела себя по-джентльменски и разгонять просительниц не стала.

От «Нур Отана» секретов не бывает?

Автор: Жанна БАЙТЕЛОВА
Фото: Серикжан КОВЛАНБАЕВ

Прелюбопытную новость озвучил в среду телеканал «Хабар»: оказывается, КНБ ознакомил депутатов Мажилиса с материалами дела Джакишева (которые считаются секретными). Это притом, что адвокату Мухтара Джакишева отказано в защите, потому что у него якобы нет допуска к гостайнам, а женам обвиняемых не разрешают выступать общественными защитниками.
More...
Народные избранники, естественно, ответили на такое высокое доверие комитета благодарностью и заявили, что родину продавать негоже. А мы попытались найти логику в действиях КНБ.

Допуск — привилегия партии?

Юрист Салимжан Мусин совсем не удивился тому, что КНБ предоставил нуротановцам материалы следственного дела — и не такое повидал за годы своей практики.

- А то, что нуротановцы ознакомились с документами, то они могут обосновать это тем, что имеют допуск к секретам, — прокомментировал г-н Мусин «вседозволенность» президентских партийцев.

- Была такая ситуация в Алматинской коллегии адвокатов, когда нас известили о том, что никто из адвокатов города Алматы не имеет доступа к секретным делам. Это было года два-три тому назад. И по специальному списку к таким делам допускались определенные адвокаты, — вспомнил он.

Акт политического фарса

Председатель координационного комитета незарегистрированной партии «Алга!» Владимир Козлов действия КНБ расценил как очередной акт государственного трагифарса.

- КНБ состоит под личным руководством президента. А само «засекречивание» процесса сделано исключительно для того, чтобы «закрыть» все детали и заставить общество тупо верить в то, что бездоказательно говорит и заставляет говорить других, много раз доказавший свою нечистоплотность, коррумпированность и преступность (вспомните, кто участвовал в убийстве Алтынбека Сарсенбаева) Комитет национальной безопасности, — высказал г-н Козлов все, что думает о чекистах.

Политик также заявил, что ему жалко депутатов «нур-парламента», так как «вся эта нечисть» скоро кончится, а их слова и поступки останутся.

За поддержкой в «Нур Отан»

Директор Группы оценки рисков Досым Сатпаев считает, что действия КНБ обусловлены поручением президента генеральной прокуратуре усилить контроль над законностью расследуемых уголовных дел в отношении экс-главы «Казатомпрома» Мухтара Джакишева.

- Сразу после заявления президента КНБ решил привлечь к себе «Нур Отан», так как эта партия формально является представителем казахстанской общественности. Получается, комитет решил просто-напросто использовать «Нур Отан», как организацию, которая якобы должна показать публичность в рассмотрении этого дела, — поделился своим мнением политолог.

Даешь материалы следствия!

Юрист Сергей Уткин нашел положительный момент в щедрости КНБ на материалы дела.

- В любом уголовном деле есть такое понятие, как тайна следствия, и у следователя есть полномочия определять, что входит в тайну следствия, а что нет. И раз материалы дела предоставлены партии, значит, эта информация не составляет тайны следствия. Все, это точка. Значит, информация может быть свободно предоставлена кому угодно. И следователь уже не может сейчас отказать вам, ссылаясь на тайну следствия, — прокомментировал юридическую составляющую Сергей Уткин. И добавил:

- Ну а если нуротановцам была предоставлена информация, составляющая тайну следствия, то тут получается, что УПК уже не работает?!

От чего ушли — к тому вернулись

А директор Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности Евгений Жовтис заявил, что если изначально КНБ пытался отрицать политическую составляющую этого дела, то сейчас лишь подтвердил ее.

- КНБ себя рассматривает не как орган, занимающийся национальной безопасностью государства, а как инструмент, причем политический. Соответственно, он реагирует и подотчетен тем, кто, как он предполагает, дал ему власть. И КНБ, предоставив «Нур Отану» документы, продемонстрировал политическую мотивацию этого дела. Уголовным делом они пытались устранить политическую мотивированность, а этими действиями они ее подтвердили, — возмущен правозащитник.

Как оказалось, об «открытости» Комитета национальной безопасности Евгений Александрович узнал от нас.

- В общем, нет слов... Их давно уже нет. Вроде были междометия, а теперь и они пропадают.

Источник: Газета "Республика - деловое обозрение" №20 (155) от 5 июня 2009 года

Инвесторы шли на Джакишева

Автор: Евгения БОРИСОВА

Если Казахстан перестанет добывать уран и производить топливо для атомных электростанций, то вся мировая атомная энергетика окажется в кризисном состоянии, убежден директор казначейства «Казатомпрома» Галым Назаров. Не в этом ли и кроется причина ареста президента национальной урановой компании?
More...
Сегодня в Казахстане, наверное, мало кто помнит, что представлял собой «Казатомпром» в 1998 году, когда в него пришел Мухтар Джакишев. А ведь история становления ведущей казахстанской компании была отнюдь не легкой. Хотя в итоге успеха удалось добиться, и для Казахстана, безусловно, здорово иметь компанию, через которую можно на что-то там влиять на мировой арене. Однако осуществление грандиозных планов по выведению «Казатомпрома» в мировые лидеры, как оказалось, стало роковым для руководителя компании. Во всяком случае, такое ощущение не покидало нас на протяжении всего разговора с Галымом Назаровым.

Как спасали «Казатомпром»

- Галым, сегодня сторонники Мухтара Джакишева в качестве одной из причин своего несогласия с арестом бывшего главы «Казатомпрома» называют его заслуги перед компанией, перед Казахстаном. А что, собственно, удалось ему сделать такого особенного?

- Полагаю, чтобы понять, что удалось сделать Мухтару Джакишеву, необходимо рассказать, на какое «теплое» местечко его назначили в октябре 1998 года. Компания на тот момент фактически была банкротом. Общая задолженность превышала $85 миллионов. Эта сумма была больше, чем весь годовой объем продаж «Казатомпрома».

Только бюджету компания задолжала $38 миллионов. А еще были кредиты перед казахстанскими банками второго уровня — $43 миллиона. И хотя они были номинированы в долларах, процентная ставка по ним составляла совершенно невероятные 29% годовых и кредитные договоры были составлены так, что банк в одностороннем порядке (без согласования с «Казатомпромом») мог изменять (повышать) процентную ставку. К этим долгам стоит приплюсовать задолженность перед работниками предприятия, которые на момент назначения Джакишева не получали зарплату более полугода.

Существовали огромные проблемы со сбытом. Все внешние рынки для «Казатомпрома» были практически закрыты. Компания пыталась выжить, в общем-то, за счет всего трех контрактов на продажу продукции — с компаниями «TВЭЛ» (Россия), Nukem (Германия) и Sinatom (Бельгия). Россия, кстати говоря, за поставляемые топливные таблетки только четверть оплачивала «живыми» деньгами, остальные три четверти «оплачивались» бартером — продуктами питания и другими товарами. Причем цена этих товаров в несколько раз превышала рыночную.

В довершение всех бед себестоимость продукции «Казатомпрома» в тот момент превышала контрактные цены. На территории США продажи были остановлены из-за антидемпингового расследования, инициированного департаментом энергетики. На территории Европы продажи формально не были запрещены, но действовала квота Евроатома для стран СНГ, все объемы по которой исторически принадлежали России, и, естественно, делиться с Казахстаном в то сложное время (кризис 1998—99 гг. — ред.) Россия не собиралась.

- Непростая ситуация. Сегодня на самом деле сложно представить себе, что «Казатомпром» был некогда в столь плачевном состоянии. Как же выбирались из кризиса?

- Удалось открыть рынки практически всех стран, обладающих атомной энергетикой, для сбыта продукции. Антидемпинговый процесс в США был выигран, что само по себе удивительно. Только представьте, полуобанкротившаяся, никому не известная компания из Казахстана выигрывает судебный процесс у департамента энергетики США! Это был очень позитивный сигнал, внушающий оптимизм.

- А что дала эта победа «Казатомпрому»?

- Компания получила право продавать свой уран и продукцию из него на территории США. А это хороший рынок. Кроме того, Джакишеву удалось добиться от Евроатоама права продавать свою продукцию на территории Европы вне квоты для стран СНГ. Были заключены контракты с японскими компаниями Itochu и Sumitomo, с южнокорейской компанией KHNP. Пошли продажи, появилась выручка.

- Звучит несколько буднично. Точнее, выходит, что секрет Джакишева, как успешного менеджера, в том, что ему удалось открыть внешние рынки?

- Конечно, это только часть успеха. В условиях, когда себестоимость производства превышала рыночную цену, только выход на внешние рынки не мог стать залогом успеха. Необходима была полная внутренняя реструктуризация системы управления, введение конкурсного механизма закупок, оптимизация логистики, введение разумных норм расходования реагентов и материалов.

Эти и другие мероприятия позволили снизить себестоимость продукции в 2,2 раза. Только тогда успех стал ощутимым. Продажи стали рентабельными, а у компании появилась прибыль. Она смогла погасить задолженность перед государством и полугодовую задолженность по заработной плате сотрудникам, материальное положение и социальный статус которых существенно вырос. Люди стали приобретать квартиры и машины.

- То есть Вы утверждаете, что компании удалось настолько увеличить свою прибыль, что ей стали под силу не только выплаты задолженности в бюджет страны и перед работниками, но и выплаты банкам грабительских процентов, о которых говорили выше?

- Нет, нашли других кредиторов. После многочисленных поездок и визитов в офисы западных банков Мухтару Джакишеву наконец удалось договориться с немецким банком West LB о кредитовании под разумный процент (LIBOR плюс несколько процентов маржи). В итоге была проведена реструктуризация всего кредитного портфеля компании.

Планов было громадье

- Судя по вашему рассказу, Мухтар Джакишев действительно отличный антикризисный управляющий. Но этого все-таки недостаточно для того, чтобы превратить компанию в лидера мирового рынка...

- Его уникальным даром я считаю стратегическое видение всей картины мира как в среднесрочной, так и долгосрочной перспективе.

- И на чем базируются Ваши убеждения?

- Еще в конце 90-х годов Мухтар сумел предсказать грядущий дефицит природного урана на мировом рынке. И на основе этого прогноза сделал очень рискованный шаг — строительство новых добывающих мощностей и резкое наращивание добычи природного урана. За весь 1997 год было добыто всего 890 тонн природного урана, что ставило Казахстан на 13-е место в мире по объемам добычи природного урана. В 2009 году в Казахстане должно было быть добыто 11800 тонн. Это сейчас такое решение кажется вполне очевидным, а в конце 90-х такое видение было революционным.

- Почему?

- Вспомните, начиная с 1980-х годов, после Чернобыля и нескольких аварий на западных атомных станциях интерес к ядерной энергетике резко пошел на спад. Распад СССР и демпинговые распродажи Россией урановой продукции обрушили цены на природный уран на мировом рынке. Западные энергокомпании относились к России, как к бездонному «черному ящику», из которого в любой момент можно было достать любое количество урана по очень низкой цене.

В результате уже к концу 90-х — началу 2000-х годов более чем из 400 уранодобывающих компаний в мире осталось всего 34. Да и то выжили лишь те компании, для которых уран являлся попутным продуктом при добыче других металлов. Для них цена на уран не была критичным параметром. Куда большую роль играли цены на медь, золото и другие металлы.

Остались на плаву и уранодобывающие компании на территории Канады, обладающие месторождениями с уникальными геологическими условиями со средним содержанием урана в породе около 30%. Но у всех этих компаний были долгосрочные контракты, цены по которым существенно превышали цены спотового рынка. В свою очередь спотовая цена в тот момент тоже не была единой: одна — для западных уранодобывающих компаний, другая — для урана, добытого на территории СНГ. И разрыв в этих ценах иногда превышал 20%.

Собственно на неадекватность ценообразования и обратил внимание Джакишев. Начиная с 2001 года он неоднократно выступал со своими идеями перед мировым урановым сообществом (кстати, тексты докладов и сейчас доступны в материалах Мировой урановой ассоциации и Уранового института (WNA и UI)), завоевав авторитет среди профессионалов бизнеса.

В итоге к моменту появления дефицита на мировом урановом рынке в 2004 году «Казатомпром» уже увеличил объемы добычи природного урана и заключил новые контракты на производимую продукцию.

- После ареста Мухтара Джакишева аналитики заговорили о том, что выполнение одной из самых амбициозных программ в атомной отрасли «Пятнадцать тысяч» сегодня под угрозой срыва. Выходит, она базировалась исключительно на авторитете руководителя?

- Действительно, публикация в 2006 году программы «Пятнадцать тысяч», в соответствии с которой Казахстан к 2010 году должен был начать добывать более 15000 тонн ежегодно и занять 1-е место в мире по добыче природного урана, стала сенсацией в мировом урановом сообществе. Но авторитет «Казатомпрома» и Мухтара Джакишева позволял верить этим планам. Нам прямо говорили представители крупных концернов: «Это было бы похоже на буйную фантазию — поднять объем добычи с 3500 тонн до 15000. Но так как об этом говорите вы, то, наверное, эти планы будут выполнены».

И до самого ареста Мухтара реализация этих планов ни у кого не вызывала ни малейшего сомнения. Необходимая производственная инфраструктура уже подготовлена: построены дороги и линии электропередач, сформированы кадры и начата добыча урана на большей части из запланированных к вводу в эксплуатацию добывающих предприятий. 8500 тонн было добыто в 2008 году, в 2009 году должно быть произведено 11800 тонн и 15000 — в 2010 году.

Шанса стать лидером уже нет

- Значительное увеличение добычи, вывод ее объемов на первые места в мире — это, конечно, хорошо. Но не мелковато ли все-таки для крупной государственной компании, впрочем, как и для образа выдающегося менеджера, умеющего мыслить масштабно и на перспективу?

- С этой ступеньки компания, по замыслам Мухтара Джакишева, должна была шагнуть дальше. Его главной целью была трансформация крупнейшей сырьевой урановой компании в производственную высокотехнологичную, способную оказать весь комплекс услуг в ядерно-топливном цикле.

- Высокие технологии и Казахстан — непривычное словосочетание...

- Судите сами. Уже к концу 2008 года были заключены все необходимые договора и соглашения, способные превратить «Казатомпром» в компанию с полным ядерно-топливным циклом. В ближайшее десятилетие предполагалось построить конверсионный завод, завод по производству топливных сборок для атомных станций, центр по обогащению урана на территории России, атомные станции в Казахстане и других странах.

- Звучит масштабно...

- Да, но что важнее — реализация этих планов способствовала бы не только получению прибыли отдельно взятой компании, но и завоеванию международного авторитета для всего государства.

- Почему?

- Атомная промышленность является единственной отраслью, через которую Казахстан может оказывать геополитическое влияние. Добывает ли Казахстан нефть, производит ли цветные или черные металлы, выращивает ли зерно — это в целом для мирового сообщества не является критичным. Если Казахстан перестанет добывать уран и производить топливо для атомных электростанций, то вся мировая атомная энергетика окажется в кризисном состоянии.

- Серьезный аргумент...

- Конечно. Кроме того, Мухтар Джакишев хотел сделать из «Казатомпрома» компанию, основным источником доходов которой была бы не столько продажа природных ресурсов или высокотехнологичной продукции, произведенной из этих ресурсов, а продажа ноу-хау — знаний, которые являются неисчерпаемым ресурсом. На мой взгляд, это вершина бизнеса. А для нашей страны осуществление этих планов означало бы переход из разряда развивающихся стран с сырьевой направленностью экономики в разряд стран, обладающих самыми передовыми технологиями в мире.

Кстати говоря, в мире государств, имеющих атомную энергетику, меньше двух десятков, а стран, обладающих технологиями по строительству атомных электростанций, можно пересчитать по пальцам одной руки. И в их число должен был войти Казахстан благодаря работе Мухтара Джакишева.

- Вы считаете, что Казахстану без Мухтара Джакишева во главе «Казатомпрома» не под силу сделать подобный рывок?

- Снятие его и других топ-менеджеров с должностей и арест их в лучшем случае оставляет «Казатомпрому» шанс остаться в числе лидирующих мировых уранодобывающих компаний. О реализации всех остальных стратегических планов, разработанных под руководством Мухтара Джакишева, на мой взгляд, придется забыть, поскольку бизнес — это не только четко выстроенные планы, а и энергия, интеллект и человеческие качества первого руководителя и его окружения, а также доверие партнеров по бизнесу и коллектива предприятия. И я уверен, что на сегодняшний день в Казахстане нет человека, который мог бы полноценно заменить Мухтара Джакишева в роли президента «Казатомпрома».

Глобальные проекты под угрозой срыва

- А есть ли примеры заинтересованности «Казатомпрома» высокими технологиями из опыта работы Мухтара Джакишева?

- Например, совместно с «Росатомпромом» разрабатывается проект строительства атомной станции нового типа, так называемого реактора средней и малой мощности. Инициатором этого сотрудничества стал «Казатомпром». История была такая.

После принятия решения правительством Казахстана о строительстве атомной станции в городе Актау «Казатомпром» начал изучать технические возможности реализации этого проекта. Выяснилось, что реакторы существующих дизайнов не вписываются в энергосистему Казахстана из-за специфики страны (большие расстояния и низкая плотность населения). Поэтому и было принято решение в стратегическом партнерстве с Россией разработать и построить атомную электростанцию нового типа.

После завершения строительства Казахстан с Россией станут единственными в мире обладателями ноу-хау по строительству реакторов подобного типа. А потребности в них есть не только у Казахстана и России, но и других стран, обладающих схожими условиями (большие территории и низкая плотность населения).

Еще пример — «Казатомпром» приобрел у японской компании Toshiba 10% акций американской компании Westinghouse, обладающей одной из лучших технологий атомных станций поколения 3+. Сегодня в мире запланировано строительство около 450 АЭС, и более 260 из них будут построены по разработкам компании Westinghouse. Минимальная стоимость строительства одной такой атомной станции — 5 миллиардов долларов. Умножив эту цифру на 260 станций, получаем сумму в 1 триллион 300 миллиардов долларов. Мы бы получили дивиденды с 10% от этой суммы. Впрочем, это уже расчеты из области теории.

- Что так?

- С арестом Мухтара возник большой вопрос, сохранится ли альянс Toshiba — «Казатомпром» — Westinghouse. Впрочем, как и подписание соглашения с Китаем об участии «Казатомпрома» в совместном предприятии по строительству атомных электростанций в Китае в июне этого года.

- Судя по Вашему эмоциональному рассказу, Вы не верите в те обвинения, которые сегодня предъявляют Джакишеву. Почему?

- Я дружу с ним более тридцати лет. Мы сидели за соседними партами в школе, жили с ним в одной комнате в общежитии, дружили семьями. В «Казатомпроме» я проработал восемь лет. Я считаю это достаточным сроком, чтобы узнать личные качества человека.

Мухтар никогда не был стяжателем. Он относится к тем людям, которые удовольствие получают, делая подарок, а не принимая его. Все, кто имел возможность ближе узнать Мухтара, могут подтвердить его исключительную порядочность, честность и бескорыстность. Он прекрасный семьянин, любящий отец пятерых детей.

Мухтар — Человек с большой буквы. И те, кто выдвигает обвинения против Мухтара, должны четко осознавать, как много теряет Казахстан с его уходом с должности президента «Казатомпрома».