03.03.11

Нарушителям штраф, а не выстрел в упор

Минобороны намерено окружить склады с тысячами тонн взрывоопасных бомб, мин и снарядов особо охраняемыми запретными зонами. 
 
Автор: Александр УСТИНОВ
 
Однако отдельные депутаты уверены, что разного рода зон в Казахстане и без того хватает.
В минувшую среду во время заседания нижней палаты парламента в первом чтении был рассмотрен и одобрен законопроект «О внесении дополнений в некоторые законодательные акты по вопросам запретных зон и запретных районов при арсеналах, базах и складах Вооруженных Сил, других войск и воинских формирований». Суть этого документа сводится к тому, чтобы обеспечить максимальную сохранность десятка крупнейших военных складов, на каждом из которых хранятся как минимум по 300 тонн тяжелых артиллерийских и авиационных снарядов.
Не стоит объяснять, к чему могут привести последствия ЧП в подобном месте. Можно вспомнить только последний взрыв боеприпасов на складах в двух километрах от южно-казахстанского города Арысь в марте 2009 года. Тогда погибли три человека, 17 были ранены. Большего числа жертв удалось избежать только лишь благодаря эвакуации населения города. Осколки рвущихся снарядов разлетались на многие километры. Впрочем, Арысь — это только последний пример, коих за годы независимости было немало.
Нельзя сказать, что сейчас склады с боеприпасами не охраняются совсем. Охрана ведется, правда, только на непосредственной территории этих частей. За забором может происходить что угодно — там могут пасти скот, строить дома или просто бесцельно болтаться местные жители. В Министерстве обороны решили отвести вокруг специальных складов особую территорию в радиусе 400 метров, на которой строго-настрого будет запрещено что-либо делать и кому-либо появляться вообще. Назвать эту территорию предлагают запретной зоной.
- Затем устанавливается запретный район. — Пояснил мажилисменам вице-министр обороны Талгат Жанжуменов. — Его граница от внешней границы арсенала, склада или базы устанавливается на расстоянии трех километров.
В запретном районе, по словам генерала Жанжуменова, можно будет жить, строить дома и заниматься хозяйственными делами, но никак нельзя будет стрелять из огнестрельного оружия и запускать салюты.
- Предлагается ввести ответственность за следующие виды правонарушений, — пояснил вице-министр обороны. — Первое: нахождение граждан, иностранцев и лиц без гражданства в запретной зоне. Второе: строительство и проведение каких-либо работ, за исключением работ, осуществляемых для обеспечения противодиверсионной и противопожарной безопасности на территории запретной зоны. Третье: стрельба из огнестрельного оружия, использование пиротехнических средств, а также устройство тиров, стрелковых стендов и стрельбищ на территориях запретного района.
Тех, кто будет нарушать предлагаемые порядки, Министерство обороны собирается наказывать штрафами от 3 до 5 МРП.
Простая и понятная логика разработчиков законопроекта — «не стрелять, не ходить и не совать свой нос куда не надо» — оказалась не по зубам депутатам. Первым об этом дал знать мажилисмен Владимир Нехорошев.
- Чем больше глупостей мы делаем, тем вроде бы умнее себе кажемся, — заявил в свойственной ему манере депутат Нехорошев. — И что мы можем решить вот этими штрафами от 3 до 5 МРП? Да вот этот иностранец, которому там небезынтересно побывать, он вам за 10 лет вперед заплатит эти 3 МРП, чтобы только там хорошо поработать и все хорошо выяснить!
Еще больше Владимиру Нехорошеву непонятно, от кого пытаются защититься военные, охраняющие склады с боеприпасами, и кто их там постоянно обстреливает.
- Как на территории запретного района, при арсеналах, базах и складах, можно устраивать стрельбища? — недоумевал депутат. — Вообще это уму непонятно! Что у нас там, проходной двор, что ли?! Что это — не охраняются эти зоны?!
Но больше всего депутата Нехорошева возмутило то, что территории вокруг складов с боеприпасами в Министерстве обороны решили назвать «зонами»:
- Вообще у нас, откровенно говоря, слишком много зон: зоны рискованного земледелия, свободная экономическая зона, запретная зона. Не страна, а какие-то зоны! — умело возмущался депутат.
Следующим высказаться разрешили мажилисмену Ерлану Нигматулину, который к тому времени уже, похоже, понял, что такое запретная зона и запретный район, где можно стрелять и запускать салюты, а где нельзя. Непонятно мажилисмену было другое:
- А что будем делать по воинским частям и арсеналам, которые находятся на территории войсковых частей Российской Федерации — Балхаш-9, Приозерск и так далее? — поинтересовался Ерлан Нигматулин.
И тут же получил ответ:
- Информация по тем объектам, которые находятся на территории Российской Федерации, содержит сведения под грифом «совершенно секретно», — пояснил парламентарию генерал Жанжуменов. — И я бы, например (здесь пресса есть), не хотел бы эти моменты оглашать. Исходя из этого, просто хочу сказать, что ни в Приозерске, ни на объекте «Балхаш-9» крупных арсеналов с запасами в большом количестве взрывчатых веществ не содержится.
Однако отвязаться от депутата Нигматулина оказалось не так-то просто. Он снова взял слово, заявил, что недоволен ответом, и уточнил свой вопрос.
- Вы сказали, что на Балхаше-9 и в Приозерске больших арсеналов нет? — язвительно переспросил Ерлан Нигматулин. — А я хочу сказать, для снаряда разницы нет, большой арсенал этот или маленький. Один снаряд может столько натворить проблем — мало не покажется. Те же войсковые части, о которых я вам сказал, они же охраняются Российской Федерации военными, они же не с газовыми пистолетами там бегают. Значит, есть у них склады боеприпасов.
Однако генерал Жанжуменов вновь не растерялся и на логически выверенный вывод ответил, что на названных депутатом базах «солдаты с газовыми пистолетами» и вправду не бегают, а несут боевое дежурство по уставу с обычным стрелковым оружием. А патроны, которыми российские солдаты заряжают свои автоматы, особого беспокойства в плане взрыва и разлета осколков у казахстанского Министерства обороны не вызывают.
- Мы сегодня в законопроекте говорим об арсеналах, складах и базах, где хранятся артиллерийские боеприпасы и мины, авиационные средства поражения, инженерные боеприпасы с объемом хранения 50 и более условных вагонов, — уже в который раз за день повторил вице-министр обороны Талгат Жанжуменов.
После такого ответа у депутата Нигматулина вопросов больше не было. Зато они вдруг появились у председателя Мажилиса.
- И все-таки я на стороне своего коллеги Ерлана Зайруллаевича, — вступил в дискуссию спикер нижней палаты парламента Орал Мухамеджанов. — Из ваших слов я понял так, что если 50 условных вагонов — это страшно, то 49 — уже не страшно.
На этом словесная перепалка со спикером для генерала Вооруженных Сил не закончилась. Когда кто-то из депутатов напомнил военному об одном из ЧП со взрывами, жертвами и эвакуацией населения, вице-министр, ни секунды не сомневаясь, ответил:
- Я думаю, что этих моментов в ближайшее время у нас не повторится.
- Вот это ваше выражение, — вдруг одернул его председатель палаты, — «в ближайшее время не повторится», что-то не внушает большого оптимизма. Что это за «в ближайшее время» — это день, два, месяц, полтора?
- Ну, я думаю, что не повторится, — поправился генерал.
Все последующие вопросы депутатов были сродни переливанию из пустого в порожнее — каждый спрашивал примерно одно и то же, только на свой лад. При этом было не совсем понятно: речь народного избранника — что это? Вопрос, выступление или просто мысли вслух? В итоге кого-то осенила мысль — остановить прения. Все остальные такое предложение поддержали и одобрили концепцию законопроекта в первом чтении.

0 коммент.:

Отправить комментарий