26.04.11

ИА REGNUM: Казахстан за неделю

Противостояние России и Китая в Средней Азии - долгосрочный тренд, на существование которого республики региона могут влиять лишь отчасти. 
 
Автор: Михаил ПАК
 
В большей степени сосуществование двух держав на этой территории зависит от долгосрочных интеграционных образований. Основы принципиальных геополитических разногласий закладываются уже сейчас: Москва осуществляет инфраструктурную консолидацию, Пекин - гуманитарную и экономическую экспансию. Любопытно, что о влиянии США эксперты внутри Казахстана - либо перестали говорить, либо считают, что интересы Вашингтона в Средней Азии совпадают с российскими, включая в себя элементы противостояния Поднебесной. Но самое главное - в информационном поле Казахстана очень мало говорится о самом важном аспекте региональной политики - обеспечении внутренней безопасности.
"Наиболее крупный лагерь боевиков, поставляющий все больше экстремистов в ближнее зарубежье, находится в западном Казахстане"
Террористы из Казахстана — могут стать камнем преткновения между Москвой, Астаной и в перспективе — Пекином. Пока руководство обеих стран смотрит сквозь пальцы на сформировавшуюся тенденцию, ее развитие неизбежно. Портал "Гео" публикует материал о радикальных исламистах, которые сталкиваются с социальной несправедливостью в Казахстане, а воевать идут на Северный Кавказ. "По информации российских спецслужб, экстремизм в Казахстане — явление не новое. Ещё в 1990 году в Астрахани была учреждена Партия исламского возрождения, где заправляли дагестанцы и... казахи, ставившие задачу сплотить мусульман из республик Северного Кавказа, Средней Азии и Казахстана. Один из лидеров этой структуры, С.Елубаев на протяжении 20 лет занимается финансированием бандитских формирований, перечисляя ежегодно порядка 5 млн. долларов на поддержание экстремистского подполья в РК. Наиболее крупный лагерь боевиков, поставляющий все больше экстремистов в ближнее зарубежье, находится в западном Казахстане, в городке Жанаозен. В этом лагере проходили обучение Б.Карыбеков, застреливший в Москве священника Даниила Сысоева, и И.Джафаров, уничтоженный в Чечне боевик — главный разработчик маршрутов переброски казахов на Северный Кавказ", напоминает издание.
Далее в статье говорится: "Несмотря на очевидность фактов существования экстремистского подполья в Казахстане, власти страны всячески пытаются замалчивать данную проблему. Прокурор Мангистауской области С.Еримбетов даже заявил, что не находит оснований начинать проверку в Жанаозене, ссылаясь на "единичные случаи". "Казахстан молчит, молчит и Комитет национальной безопасности", — заявила мать одного из погибших боевиков Ж.Токпанова. Тем не менее, проводя собственное расследование, местные активисты сообщают о террористических базах, оружейных складах и приличных деньгах, которые "боевики и их финансисты тратят на подкуп казахских чиновников". Перечисленные факты наводят на определенные выводы. Несмотря на то, что Казахстан превращается в конвейер по подготовке молодых экстремистов, на его территории за последние годы не отмечено ни одного крупного теракта или других актов диверсии. В то же время, Северный Кавказ и другие российские регионы кишат боевиками из числа казахов. К тому же, проявляя олимпийское спокойствие и никак не комментируя всю эту ситуацию, власти Казахстана уподобились "аквариумным рыбам", которые только и могут, что молчать и безразлично вилять плавниками. Правоохранительные органы страны также не предпринимают никаких действий для искоренения учебных баз боевиков. Все это может свидетельствовать о наличии некоего секретного пакта, согласно которому руководство Казахстана покровительствует незаконной деятельности религиозных организаций в обмен на их лояльность к существующей власти и обязательство не совершать теракты внутри страны", — полагает автор статьи.

"В Казахстане накаляются споры среди общественности по вопросу религиозной политики властей, что в результате может привести к социальному взрыву. Недавно в канун 8 марта группа мусульманок объявила о голодовке, требуя прекратить "репрессии" в их отношении и разрешить носить хиджаб в учебных заведениях. Конфликт сторон имел продолжение после противоречивого выступления Назарбаева, заявившего: "Я категорически против паранджи, особенно, когда паранджу или хиджаб носят студентки или учащаяся молодежь. У нас никогда такого не было в истории, наша религия не имела такой традиции". В этих условиях, мягко говоря, удивляет отсутствие реакции на подобную политику Астаны со стороны руководства России, антитеррористическая деятельность которого на Кавказе не дает никаких результатов. Кремлевский дуумвират больше занят скорейшим присоединением постсоветских стран к своей т.н. "зоне привилегированных интересов" и в еще большей открытости границ, нежели безопасностью собственных граждан. Подручные Москвы в лице руководителей ОДКБ также готовы часами "наводить страх" на среднеазиатские государства байками о наступлении афганских талибов и в то же время закрывать глаза на реальную угрозу самой России. Это ли не говорит о двойных стандартах, присущих кремлевским политикам, которые ценят имперские амбиции больше жизней своих сограждан. Одним словом, руководство Казахстана установило благоприятные условия, позволяющие превратить эту страну в плацдарм для распространения деструктивной идеологии экстремистов на территорию России, а впоследствии в Китай и Среднеазиатский регион. Игнорирование данной угрозы политиками в Кремле и их увлечение сторонними, не касающимися непосредственно российских интересов проблемами, неминуемо отразится на национальной безопасности, стало быть, дальнейшем существовании Российской Федерации как единого государства", — пишет автор статьи на портале "Гео".

В основе идеи дестабилизации Средней Азии и Казахстана лежит желание Вашингтона вызвать столкновение геополитических интересов России и Китая. И даже больше — авторы статьи в газете "Завтра", чей материал републикует портал "Евразия", уверены — если регион взорвется, конфликт будет иметь сразу три стороны — помимо "российских империалистов" и "китайских коммунистов", в стычке примут участие еще и "исламские фундаменталисты". Могучий и неуклонный экономический подъём КНР вызывает серьезные опасения о возможном поглощении Казахстана Китаем — если не территориально, то экономически. Конечно, ход развития событий во многом будет зависеть и от "третьих стран". Важна позиция США как нынешнего "всемирного полицейского". Однако в США по отношению к Казахстану существуют, по крайней мере, три подхода. Во-первых, это "нейтралы", которым безразлична Центральная Азия, поскольку она далеко и жизненным интересам Америки не угрожает даже в далекой перспективе. Во-вторых, это "мечтатели", которые действительно искренне пытаются помочь, но совершенно не знают, что делать в Азии с демократией, рынком и тому подобными западными институтами. И, наконец, это "ястребы", которые еще живут в состоянии "холодной войны" и видят Казахстан центром стыка силовых полей всех американских врагов, а именно: исламского фундаментализма, китайского коммунизма и российского империализма. Отсюда и ход их размышлений: если дестабилизировать положение в Казахстане, то в междоусобный конфликт, рано или поздно, втянутся все три стороны, что для Америки однозначно выгодно: пусть враги убивают друг друга сами. На политическом поле Центральной Азии присутствуют три игрока: Россия с давнишними своими интересами; Китай с притязаниями на главенство во всей Центральной Азии; и США, заменившие здесь Великобританию и пытающиеся влиять как на страны Азии, так и на Россию. Что же эти страны делают для удержания Казахстана в сфере своих интересов? Собственно, эти действия имеют экономическое, научно-техническое том числе военно-техническое) и политическое (дипломатическое) направления.

...Подготовка профессиональных и научных кадров для растущей и набирающей обороты экономики Казахстана до недавнего времени осуществлялась с помощью ведущих вузов России. Теперь свои услуги в области образования предлагают Турция, США и КНР. Причем Китай предлагает взаимообмен студентов и слушателей, который осуществляется на льготной финансовой основе. К примеру, до 80% преподавателей Национального университета обороны Казахстана в той или иной форме прошли обучение в Китае и в Турции. Военно-техническое сотрудничество Казахстана носит комплексный характер. Львиная доля вооружений и техники — российского производства. По этой причине сотрудничество в области вооружений носит явно выраженное пророссийское направление. Но на рынке вооружений и военных технологий в Казахстане уже присутствуют электронные компании Израиля (производство систем управления, разведки и целеуказаний), компании по производству амуниции и стрелкового вооружения Франции и США. Проблемами утилизации боеприпасов и техники готовы заняться, а кое-где уже и приступили к работе, компании Китая. В Алматы и области построены и действуют заводы по производству стрелковых и танковых боеприпасов.

Обучение военнослужащих, особенно офицеров, в учебных учреждениях других стран приводит к расслоению офицерского корпуса на группы по принципу вузовского ориентирования. Так, при проведении плановых лекций в Национальном университете обороны российским преподавателем оперативного искусства, произошёл следующий диалог. Тема лекции звучала так: "Сетецентрические войны и проблемы применения сухопутных сил в операциях будущего". Завершив изложение материала, преподаватель изъявил готовность ответить на возникшие вопросы. Один из преподавателей университета попросил охарактеризовать степень угрозы НАТО для России. Российский преподаватель ответил, что не готов обсуждать эту тему, так как она включает в себя политические вопросы. Он изложил только суть сетецентрирования и влияние этого метода на подготовку, и проведение операции. Каково же было его удивление, когда ему были предъявлены претензии и обвинения в русском империализме, в колониальных устремлениях России в Азии. Мысль, озвученная данным преподавателем, прозвучала в следующем изложении: "Если вы (русские. — А.М.) уберетесь из Центральной Азии, то США предоставят нам неограниченную материальную и военную помощь. Они смогут защитить нас от Китая. Азия без России — это движение к безопасному миру". При этом зал хранил молчание. Значит, этот вопрос имеет хождение в аудиториях университета. После лекции руководство университета извинилось и объяснило поведение преподавателя тем, что он обучался в военном колледже США.

Между тем, материал о растущем влиянии Китая в казахстанской экономике публикует газета "Республика". На страницах издания выходит интервью с российским специалистом по Китаю, профессором, доктором исторических наук Алексеем Масловым. Его взгляд на роль южного соседа Казахстана в региональных экономико-политических процессах и его методах проникновения в республику, по мнению редакции, дает возможность по-новому оценить масштабы и глубину рисков в связи с тесным сотрудничеством с Китайской Народной Республикой. "Китай всегда действует неторопливо, но бьет в одну точку. Эта политика по отношению стран Центральной Азии началась около 10—12 лет назад. Китай согласно этой политике в начале привязывает к себе страны путем экспортно-импортных операций и через выдачу кредитов и только потом начинает требовать что-то взамен. На мой взгляд, китайцы апробируют на Казахстане ту модель взаимоотношений, которая потом будет актуальна и для других центральноазиатских стран, и для России...

Дело вот в чем. Китай выдает большие кредиты, в том числе и Казахстану. Китайские экономисты хорошо знают, что в ближайшее время страны-дебиторы отдать их не смогут. Вопрос — что будет дальше? А дальше возможно погашение займа за счет каких-то активов. Это может быть передача в собственность китайской стороне инфраструктуры по транспортировке нефти или газа, разведанных месторождений, потом получение права на проведение самостоятельных разведочных работ и так далее. То есть происходит переподчинение экономики страны интересам и нуждам Китая за счет плавного оползания национального хозяйства страны. На практике это выражается в перенаправлении ресурсов в сторону КНР...

Здесь необходимо четкое понимание и отстаивание национальных интересов. Нужен анализ ошибок. А для этого необходимо формировать мощнейшее экспертное сообщество, которое может ответить не столько на вопрос, что хорошего и что плохого в сотрудничестве с Китаем, сколько на вопрос, что и как делать... Мы должны четко понять, что отношение китайцев к Казахстану или к России сегодня не выражается категорией "плохо", скорее напротив — "хорошо". Но вопрос заключается в том, что КНР борется за свое выживание и действует согласно своим потребностям. Китай — это некая биомасса, вынужденная выживать за счет поедания других территорий... Экономическую зависимость Казахстана легко понять, если представить, что будет в случае снижения объемов покупаемой Китаем казахстанской нефти или уменьшения им поставок отдельных товаров в республику хотя бы на несколько месяцев. Попробуйте посчитать, насколько вырастут цены на казахстанском рынке и сколько недополучит страна средств от экспорта своих ресурсов в КНР. Сможет ли в этом случае Казахстан компенсировать пусть даже временное отсутствие китайского влияния на свою экономику? Я боюсь, что нет. Поэтому, если выстраивать более жесткие и цивилизованные отношения с Китаем, надо сразу учитывать возможные последствия.

"Свобода слова", в свою очередь, устами представителя Ассоциации приграничного сотрудничества в Казахстане Марата Шибутова рассуждает о главном интеграционном проекте Казахстана с Россией — Таможенном союзе. Эксперт озвучивает две главных опасности, которые несет с собой интеграционное образование. "Надо понять, что в настоящее время нет противоречий между Россией и США. Штаты стремятся к союзническим отношениям и планируют использовать Россию в будущих столкновениях с исламским миром и Китаем. Поэтому надеяться на то, что кто-нибудь нам третий поможет — неправильно. Да и Китаю мы не особенно нужны, так как ему надо сначала решить внутренние проблемы и освоить СУАР. Кроме того, все, что ему нужно в нашем регионе, Китай может пока просто купить. Так что его экспансия происходит по простой причине — мы ее сами хотим: берем кредиты, продаем предприятия и т. д. Китаю, конечно, надо диверсифицировать поставки углеводородов, но в основном ему пока нужен газ из Туркменистана. Как я уже ранее говорил вам в интервью, пугая европейских и других инвесторов из небольших стран ползучей национализацией там, где не надо, мы добьемся того, что в нас будут вкладывать деньги только крупные державы, с которыми спорить чревато. В общем, в политической зоне влияния мы будем зависимы от России, а в экономической — от России, США, Китая, ну и, возможно, Франции и Швейцарии (как основных торговых партнеров и инвесторов). С другой стороны самой России предрекают — несмотря на имперские амбиции — переход в разряд региональной державы, а то и просто национального государства и не более... Вообще, я хочу развеять некоторые мифы. В 2009 — 2010 годах Казахстан получал больше иностранных прямых инвестиций, чем Россия. Мы на 1 человека получали инвестиций в 10 раз больше. Это обусловлено тем, что у нас гораздо легче вести бизнес рейтинге Doing Business мы на 59 месте, Белоруссия — на 68, а Россия — на 123), у нас ниже налоги, а если еще подновить инфраструктуру, мы вообще становимся оффшором внутри ЕЭП. Многие российские фирмы уже думают об открытии филиалов или переезде в Казахстан. Так что приток капитала увеличится, правда это никак не скажется на процессе вывода денег из Казахстана... У нас две самые большие опасности — это миграция населения из Казахстана в Россию и вторжение российского криминала в Казахстан. При этом миграция начнется уже с лета этого года, и она будет скрытой, без смены гражданства, так как казахстанцам не надо будет получать разрешение на работу в России, что вызовет отток наиболее квалифицированных специалистов. Ну а российский криминал придет вместе с российскими фирмами, которые он крышует и постарается подчинить казахстанских уголовников и бандитов себе. Как с этими явлениями бороться — пока непонятно".

Любопытный с точки зрения грядущих перспектив региона материал публикует портал Inosmikz.org. Авторы сайта сравнивают Казахстан с Африкой — и приходят к неутешительному выводу: после ухода русского человека на территории Средней Азии начинается горькое похмелье. "Одним словом, африканская власть в Африке, освободившейся от господства западного человека, в долгосрочном плане дезавуировала себя. Конечно, имеет место фактор неоколониализма. Но едва ли он один виноват во всех бедах африканских государств и стран схожей с ней судьбы. Главная причина — это все же неспособность африканского и аналогичных обществ добиться такого уровня внутренней самоорганизации, который позволил бы им достойным образом противостоять вызовам времени. Мы, при рассмотрении казахстанской реальности после завершения господства западного человека, вовсе неспроста делаем ссылку на опыт Африки. Ответственный исследователь нынешних казахстанских социологических процессов не может пройти мимо такой очевидности, как фактическое повторение нашей страной опыта большинства африканских государств. Нынешний этап социально-экономической трансформации у нас по основным параметрам совпадает с тем, что было в большинстве стран Африки в начале 1970-х и в Зимбабве в начале 1990-х годов. Если читатель не верит нам, то, быть может, он будет вынужден поверить такому знатоку ситуации в мире, как миллиардер Джордж Сорос. В одном своем публичном выступлении, посвященным глобальным процессам развития человечества, он говорил о бедах Африки и проводил параллель с Центральной Азией, называя конкретно Казахстан. И это не досужее сравнение. И голод, и девятый вал СПИДа для Казахстана уже сегодня не абстракция. В Африке говорят так: "Если Европу прихватит насморк, у Африки случается пневмония". Казахстан перед лицом своего более могущественного окружения столь же уязвим. В соседнем Китае вот-вот ожидается взрыв СПИДа. Но то, что охватит там весьма незначительную часть населения, всего несколько миллионов человек, может, перекинувшись сюда, иметь масштабы, сопоставимые с африканскими. Что же касается голода, тут тоже есть из-за чего сравнивать Казахстан с Африкой. В стране, считающейся уже сейчас крупнейшей нефтедобывающим центром, значительная часть составляющих все еще порядка половины всего населения сельских жителей прозябает в полной бесперспективности при отсутствии реальной занятости и работы как таковой и, соответственно, обречена на нищету.

...Африканские режимы после освобождения от зависимости западных держав совершили то, что хуже самого кошмарного колониального гнета. Они отдали свои страны на откуп международному авантюрному капиталу. Следствием этого явилось фактическое банкротство всех этих государств и крах всех надежд их населения на пристойное будущее. Теперь ими вынуждено вплотную заняться сообщество руководителей западных держав и представляющие их транснациональные компании. В Казахстане транснациональные компании с нормальным имиджем и цивильной практикой находятся лишь в западной части страны. Все остальные ее части под полным фактическим контролем международного авантюрного капитала. И страной фактически правит этот самый авантюрный капитал. Такое было в Африке в 1970-х и 1980-х г.г. Теперь после авантюрного капитала там осталось одно разорение и оголтелая коррупция. Казахстан тоже идет к такому финалу. Соседний с нами Кыргызстан уже пришел к нему. Авантюрному капиталу хватило 5—7 лет, чтобы получить от этой маленькой и не очень богатой горной республики все, что могло их интересовать. Теперь он потерял интерес к ней. А страну лихорадит, как какую-нибудь африканскую республику.

Обращение победивших при прошлогодней очередной революции представителей кыргызской элиты к России за помощью по элементарным вопросам представляются обратной стороной горького похмелья после немногим менее двадцати лет эйфории освобождения от господства западного человека. Для Казахстана такой финал также — хотя, быть может, не так скоро — очевиден. На это уже обращают внимание даже на Западе. Каков должен быть вывод? На исходе XX веке предсказание М.Ганди о конце господства западного человека сбылось и в отношении Казахстана. Но закономерная, казалось бы, радость от ощущения свободы быстро обернулась горьким похмельем, прежде всего, для коренного населения. О том, что ожидает впереди, и думать не хочется. Потому как страшно..."

"Владимир Путин... сказал, что ему "по-человечески приятно" работать с Масимовым. Президент Нурсултан Назарбаев намек понял"
Политической модернизации в Казахстане не будет. Такой вывод сделали оппозиционные СМИ на основании кадровых перестановок, которые прошли в республике в течение последних двух недель. Подавляющее большинство оппонирующих властям изданий считают сформировавшийся тандем Тимура Кулибаева и Карима Масимова губительным для страны.

Вполне ожидаемо критикуют власти авторы газеты "Республика". Они подчеркивают — политическая модернизация в Казахстане возможна только в рамках консервации многих общественных процессов. "...Президентом планируется повышение роли парламента, актуализация политических партий в государственной жизни, усиление местных органов власти и укрепление независимости судов. Параллельно с этим предполагается модернизировать государственный аппарат, изменить систему охраны правопорядка и заняться реформированием армии. Обо всем этом власти говорят постоянно, а независимость судов — это вообще сквозная тема последних десяти лет. Так, в марте 2006 года Назарбаев в своем ежегодном послании к народу заявил о необходимости модернизации политической системы страны. Помнится, тогда точно так же, как и сейчас, развернулось широкое обсуждение предполагаемых политических реформ. Тогда даже была создана Государственная комиссия по демократизации, призванная продвигать идеи политического реформирования.

Еще раньше, в 2005 году, в стране было развернуто обсуждение Общенациональной программы демократических реформ — из этой же оперы. И каждый раз проводились "круглые столы", конференции, зачитывались умные доклады, звучали пылкие речи — в общем, создавалась иллюзия общенационального дискурса по вопросам политической модернизации страны. Так что политическая модернизация для Казахстана, а точнее, разговоры о ней, нам привычны. Другое дело, что модернизация, о которой говорит власть, — это совсем не то, как ее понимают во всем мире. С самого начала стало вырисовываться принципиальное расхождение. Оппозиция, демократические организации, как, впрочем, и международное сообщество, подразумевали под политической модернизацией прежде всего реформы, направленные на преодоление авторитарных тенденций в политическом развитии Казахстана. Власти Казахстана рассматривали модернизацию лишь как совершенствование политического управления, повышение эффективности государственного аппарата в целях укрепления национальной безопасности, что одним из основных своих элементов предусматривало предотвращение угроз "цветных революций". Различие в подходах к модернизации обусловило противостояние в обществе, выразившееся в критике реформаторских усилий властей... по консервации существующей политической системы со стороны демократических международных институтов, общественных организаций и оппозиции. Собственно, последние пять лет и прошли под эгидой этого противостояния: одни говорят о необходимости преодоления авторитаризма, другие — о его укреплении. Очевидно, что нынешний раунд политического реформирования, озвученный Назарбаевым, не будет принципиально отличаться от того, что было прежде. При всех возможных формальных отличиях, суть останется та же — будут инициироваться изменения политических институтов, однако при обилии демократической риторики любые реформы по сути своей будут направлены на укрепление существующей политической системы.... Можно с уверенностью прогнозировать, что усиление роли парламента будет чисто формальным, основные рычаги принятия политических решений в любом случае останутся в руках президента. Скорее всего, модернизация в сфере партийного участия в управлении страной проявится через возрастание роли партии "Нур Отан", которая по примеру КПСС в итоге вообще может стать абсолютной доминантой политической жизни. Одновременно будет продолжена практика вытеснения оппозиционных партий из политической жизни. Чем не модернизация?"

О необходимости политической модернизации рассуждают и авторы портала "Гео", опубликовавшие статью о косметических перестановках, которые совершенно не меняют логики нынешней казахстанской власти. Также по логике редакции, Карим Масимов стал действительно влиятельным политиком. "Масимов подтвердил свой высокий статус в политической элите Казахстана, реально став человеком номер два. Особенно это наглядно проявилось в двух вещах. Во-первых, произошло назначение Тимура Кулибаева на должность руководителя ФНБ "Самрук — Казына". Вопреки теснейшей родственной связи с президентом и скандалам, которые неизменно сопровождают этого казахского "Плэйбоя" как на финансовом, так и любовном фронте. Обвинения опального Мухтара Аблязова в хищении сотен миллионов долларов после заключения политически опасных контрактов с Китаем, а также откровения светской львицы Гоги Ашкенази не помешали зятю президента захватить контроль над половиной экономики страны. Уговорив президента на такой непопулярный шаг, Масимов не только взял под защиту своего друга, которого в бизнес кругах стали называть Тимуром Ашкенази, но и лишний раз продемонстрировал свое особое влияние на Лидера нации. Во-вторых, Масимов показал всем, что пользуется однозначной поддержкой Москвы, это в условиях Таможенного Союза приобретает особое значение. Всесильный в России и теперь в Казахстане Владимир Путин в своем поздравительном послании сказал, что ему "по-человечески приятно" работать с Масимовым. Высочайшая оценка и ясный сигнал президенту Казахстана, на кого надо ориентироваться в кадровой политике. Президент Нурсултан Назарбаев намек понял, тем более, он сам хочет возглавить новый Союз. У Масимова таким образом появилась возможность на самом деле возглавить Казахстан. Говорят, что такой сценарий проигрывается в Кремле. Масимов демонстрирует удивительную политическую всеядность. Наряду с борьбой с кризисом и руководством Кабинетом министров он уделяет огромное внимание личному пиару. Его часто видят на российском, британском, американском телевидении, он регулярно публикуется в зарубежной печати, причем делает это так, что не вызывает аллергии у обычно подозрительного президента. Поговаривают, что Масимов обладает особым даром влияния на нужных ему людей, и это результат его увлечения эзотерическими опытами. Так это или нет, уже не важно, главное состоит в том, что Масимов достиг того, к чему стремился всю свою недолгую жизнь. Он стал фактическим главой девятого в мире по территории государства".

Начинать модернизацию с малого предлагает политолог Досым Сатпаев на страницах "Литера". По мнению эксперта, для начала нужно хотя бы повысить ответственность местных исполнительных органов. "На этой неделе в ходе заседания правительства премьер-министр Казахстана Карим Масимов распорядился передать органам местного самоуправления ряд государственных полномочий. На моей памяти это уже не первое заявление такого рода, а воз и ныне там. Проблема в том, что в республике нет отдельного закона "О местном самоуправлении", хотя неоднократно проект данного закона вносился правительством в парламент, но всякий раз отзывался по разным причинам. Здесь нельзя исключать активную деятельность лоббистов уже действующего в республике закона "О местном государственном управлении и самоуправлении в Республике Казахстан", мало способствующего развитию институтов местного самоуправления, которые ставятся чиновниками на одну плоскость с местными представительными органами власти в лице маслихатов. Тем более игра лоббистов стоит свеч, если учитывать то, что органы местного самоуправления в рамках нового закона не только могут получить в собственность ряд объектов государственной собственности, но также участвовать в разработке экономической политики регионов, что вряд ли понравится акимам всех уровней. Действительно, областным начальникам только в страшном сне может присниться ситуация, когда, по мнению некоторых экспертов, по меньшей мере часть финансовых средств для работы органов местного самоуправления должна поступать за счет местных сборов и налогов, ставки которых органы местного самоуправления вправе устанавливать в пределах, определенных законом. Хотя в Европейской хартии о местном самоуправлении, на которую часто ссылаются наши чиновники, черным по белому написано, что под местным самоуправлением понимается право и реальная способность органов самоуправления регламентировать значительную часть государственных дел, управлять ею, действуя в рамках закона, под свою ответственность и в интересах местного населения".

"Есть страны, в которых нефти добывается втрое меньше, чем в Казахстане, а доходы бюджета такие же"
Тему новой нефтяной политики актуализируют казахстанские СМИ — все чаще чиновники в Казахстане говорят о необходимости более эффективного использования существующих нефтяных проектов. Например, авторы сайта Better.kz — акцентируют свое внимание на том, что Астана теряет к себе интерес как перспективная нефтяная держава. Разумеется, "черное золото" и "голубое топливо" из Казахстана продолжат котироваться на международном рынке и останутся в поле геополитического и геоэкономического внимания, уверено издание, — но прежнего фокуса на них больше не будет.

"Сокращение деловой активности, которое наблюдается в республике в последнее время, также связано с сокращением "черного золота" в природных кладовых. Теперь уже под нефть и газ в Казахстан не идут инвестиции и кредиты, не открываются новые офисы сырьевых и сервисных компаний. Падение было бы еще больше, но пока спасают высокие цены на углеводороды, подогреваемые войной в Ливии, беспорядками в Сирии и прочими дестабилизирующими моментами. Компенсировать падение доходов в нефтянке Астане просто нечем, поскольку в стране построена экономика освоения нефтедолларов, а она в один день или год поменяться не может. Есть страны, в которых нефти добывается втрое меньше, чем в Казахстане, а доходы бюджета такие же. С точки зрения инвестиционного климата, условия для нефтяников в республике просто отменные. По понятиям мирового бизнеса, для ТНК их можно сделать менее комфортными и при этом не отпугнуть инвесторов. Но Астана оказалась в ситуации "держа нет". "Держ" — это когда все государственные и подконтрольные институты проводят единую и последовательную политику, координируемую одной политической волей. "Держа нет" — это уже из области политического кризиса, когда вроде бы вертикаль власти имеется, но дойдешь до дела — и никакого эффекта. В реальности все органы государственного управления оказываются разобранными на всевозможные вотчины и не воспринимают импульсов на единую работу по заданному направлению. Вряд ли последние перестановки смогут здесь что-либо изменить. Тут хотя бы хуже не стало. Нет надежды и на то, что больше нефти станет перерабатываться внутри Казахстана. Три отечественных НПЗ (нефтеперерабатывающие заводы) как стояли недогруженными, так и останутся функционировать в прежнем режиме. "Модернизации" на них как были формой прикрытия гигантских "распилов", так и продолжат ими оставаться. Бензин как дорожал вне зависимости от мировой конъюнктуры на углеводороды, так и сохранит подобную линию в прежнем духе. Для изменений во всем этом блоке требуются просто тектонические подвижки, но на сегодняшний день их просто некому генерировать. Логика государственного поведения диктует такие действия, которые направлены на максимизацию экономической выгоды от нефтяного пирога. Тем более что его приращения пока не ожидается. Нужно активизировать хотя бы жупелы вроде "казахстанского содержания", чтобы ТНК не закупали сами у себя молотки по $80 за штуку и компьютерных мышек по $2000. Здесь можно продвинуться даже при имеющемся государственном аппарате, только дав ему более четкие установки для работы".

Примерно о том же направлении государственной политики Казахстана пишет "Литер", отметивший, что правительство держит на контроле вопрос о пропорциональном присутствии всех иностранных компаний в нефтегазовом секторе страны. Об этом на брифинге в Астане заявил министр нефти и газа Сауат Мынбаев. "По информации министра, доля китайских компаний в нефтегазовом секторе страны составляет примерно 24 процента. — Понятно, что китайские компании активны на казахстанском нефтегазовом рынке, но по соображениям национальной безопасности мы отслеживаем участие тех или иных инвесторов здесь, — заверил главный нефтяник страны. В ходе пресс-конференции журналисты задали вопрос относительно слухов о том, что китайские компании могут получить долю в крупнейшем проекте на шельфе Каспия — Кашагане. "Во-первых, пока китайская сторона не высказывала такого желания", — ответил Мынбаев. Во-вторых, по его словам, все доли распределены и никто из акционеров консорциума не заявлял о намерении оставить проект и продать свою долю. — Но даже если предположить, что такие варианты будут, то есть два важных нюанса: первый — это приоритетное право выкупа доли республикой в случае отказа кого-либо из инвесторов, второй — это одобрение сделки с учетом соображений национальной безопасности, — пояснил министр и добавил: — Так что эти два момента в казахстанском законодательстве четко контролируют ситуацию".

Источник: ИА REGNUM

0 коммент.:

Отправить комментарий