22.12.11

Кого назначат виновным?

Назарбаев вынужден будет назначить виновного в произошедшем в Жанаозене. Не для народа и не для закона, а для ясности понимания внутри правящего класса. То есть поступить так, как поступил в свое время с Сарыбаем Калмурзаевым, считает заведующий отделом Средней Азии и Казахстана Института стран СНГ Андрей Грозин. Первым кандидатом на эту роль он назвал акима Мангистауской области Крымбека Кушербаева.

Автор: Татьяна ГАРЬКАВАЯ




- Андрей Валентинович, противостояние в Жанаозене продолжается, по некоторой информации, в городе силовики проводят зачистки. Как вы оцениваете ситуацию?



- Власть зашла очень далеко. Расстрел — это форма устрашения. После подобных шагов, очевидно, власть рассчитывает, что забастовочная активность сойдет на нет.



- А если этого не случится?



- Тогда власть окажется перед развилкой: что делать? Либо продолжать стрелять, подавлять, разгонять, либо сделать финт ушами и пойти по другому сценарию: попытаться договориться, решить этот вопрос так, как и надо было решать изначально: создавать комиссию и договариваться с нефтяниками.



Я думаю, что логичнее, целесообразнее власти было бы договориться. Это проще. Это хоть немного подправит имиджевые потери и для президента, и для партии власти. Это с точки зрения логики.



- Как вы расцениваете заявление главы МВД Казахстана о том, что он отдаст приказ стрелять, если события, подобные жанаозенским, произойдут еще где-нибудь в стране?



- Похоже, у власти нет единого алгоритма. Судя по тому, что транслирует Ертысбаев, у меня складывается такое ощущение, что в Акорде нет четкого понимания того, как себя вести. Отсюда и такие взаимопротиворечащие друг другу заявления. С одной стороны, говорится, что не надо валить в кучу трудовой конфликт и гражданские беспорядки, что это явления разного порядка. То есть не одно проистекает из другого, а существуют в параллельных реальностях. Во всяком случае, я так понял господина Ертысбаева, который нелестно и очень неудачно отозвался о переселенцах. Но, думаю, что он сделал это не потому, что у него не хватает врожденного чувства такта, а, скорее, просто из желания акцентировать внимание на вопросе участия оралманов.



А вот то, что говорит министр внутренних дел, — это как раз отражение другой тенденции. Здесь, скорее всего, налицо проявление различных подходов разных казахских элитариев к тому, что и кому надо делать на западе страны — стрелять или договариваться.



- Между тем родственники задержанных во время протестов заявляют о пытках. Возможна ли на волне народного недовольства очередная вспышка народного гнева в Жанаозене?



- Сейчас ничего нельзя исключать, потому что по-прежнему мало информации. Очень грамотно выстроен информационный занавес. Очевидно, власти к этому готовились, методика выглядит отработанной. Мне звонят из Вашингтона и просят объяснить, что происходит в Жанаозене. И европейцы не знают. Вот вчера с немцами общался, они просили растолковать, что происходит. Это показательно.



Но если власть будет давить, появятся фактические данные о применении пыток, если опять начнутся расстрелы, то ситуация может выйти из-под контроля.



- Почему?



- Люди убедятся в том, что власть абсолютно не настроена на учет их мнения, и иллюзии о возможности диалога с властью на западе Казахстана будут рассеяны окончательно и бесповоротно. А при таком раскладе, если власть сожжет все мосты на пути к диалогу, что остается? Только сопротивление. Против этой версии работает, впрочем, время года. К тому же, в отличие от штатных «контуров» (сайт «Контур» — ред.) и иных подобных изданий, мгновенно заметивших за произошедшим и руку ЦРУ, и олигархов, я увидел достаточно неорганизованное и спонтанное проявление социального недовольства. Это с одной стороны.



А с другой — безголовые политики местной и центральной власти, отреагировавшей совершенно импульсивно и не раздумывая о последствиях.



То есть не было в Жанаозене некой хитрой сценарной разработки подорвать единство в рамках Евразийского союза или подложить бомбу под стабильность суверенного и процветающего Казахстана. Я согласен здесь с Аждаром Куртовым, что это — проявление того, что то вранье, которое строилось вокруг республики 20 лет, святая вера властей в то, что пиар побеждает все, в конечном итоге разбилось о правду жизни. Никаким пиаром невозможно решить трудовые конфликты, которые при неблагоприятном стечении обстоятельств могут превратиться в акции гражданского неповиновения.



- Однако в СМИ неустанно появляются некие сценарии заговора...



- Я вообще с большой долей скепсиса отношусь к конспирологическим версиям. Но даже если предположить на минуту, что внешние силы были (мне, кстати, из Штатов вчера подкинули идею о том, что это Россия приложила руку), тогда, следуя формальной логике, стабильность и прочность режима оказалась настолько эфемерной, что какого-то внешнего импульса оказалось достаточно для того, чтобы поставить страну на грань. И потом, грош цена стабильности, которую любой внешний импульс может похоронить, причем в символический день, когда президент готовился получить очередную порцию всенародной любви, услышать в очередной раз о своих всемирно-исторических заслугах и так далее.



- А как вы расцениваете версию о том, что это был заговор кого-то из ближайшего окружения Назарбаева?



- Версия, что ноги у всего произошедшего растут не откуда-то из США, а из рядов ближайших соратников действующего президента, наверное, заслуживает большего внимания. Но и она не слишком объясняет, что произошло.



На самом деле, повторюсь, я уверен, что это — запущенный из-за безалаберности, неэффективности работы аппарата социальный конфликт. Это безголовое бездействие местной и центральной власти, это корысть власти на всех уровнях. Поскольку именно корыстью, как мне кажется, и объясняется однозначная солидаризация власти в трудовом споре не с бастующими, с которых нечего взять, а с инвестором. Все достаточно просто, так что какие-то внешние руки — это глупость полная.



- Однако теперь народ Казахстана пугают возможностью «цветной революции», «арабской весны»...



- Теоретически это возможно, но не при этом президенте. А вот в период междуцарствия, при какой-то следующей фигуре, более слабой, встречающей большее сопротивление со стороны региональных элит, центральных финансово-промышленных групп, может быть все что угодно.



Но есть еще один момент. Власть Казахстана поверила собственной пропаганде, тем статьям, которые заказывала у российских пиарщиков и западных журналистов, и решила, что застрахована от подобного рода событий. Отсюда это словоизвержение, которое идет со стороны Ертысбаева. Налицо то, что называется когнитивным диссонансом: они поверили, что в стране все просто зашибись, а на самом деле оказалось, что нет. Отсюда и нескоординированность действий, отсутствие единой стратегии, как действовать дальше.



Отсюда и следующий вывод: если нет единого понимания процессов, происходящих как на западе страны, так и во всем Казахстане, если нет единой стратегии по транзиту власти, а ее, по-моему, нет, как нет эффективности работы аппарата в центре и на местах, я уже не говорю о скандалах, коррупции и прочих вещах, тогда нет и уверенности в том, что в стране не случится того, что произошло в Египте, Тунисе или, не дай бог, в Ливии.



Другое дело, всякая аналогия, как говорил Козьма Прутков, хромает. Поэтому напрямую говорить, что в Казахстане может быть как в Ливии или как в Египте, нельзя. Будет свой вариант со своей национальной спецификой. Но исключать этого варианта полностью нельзя.



- Но другим постсоветским государствам удалось ведь пережить более или менее спокойно смену власти. Почему в Казахстане это время у экспертов вызывает опасения?



- Да, Туркменистану удалось пройти период междуцарствия почти без жертв. А в Казахстане в силу массы обстоятельств, субъективных и объективных, так гладенько не получится. Как раз то, что произошло и происходит сейчас на западе, — это еще один фактор, указывающий на то, что гладенько, как в Туркменистане, не выйдет.



К тому же есть еще внешнеполитический контекст. Казахстан все-таки ближайший и без дураков стратегический партнер России, поэтому многое будет зависеть от того, как пройдут выборы президента в России и от российской позиции по отношению к возможным пертурбациям в Казахстане. Россия будет защищать Казахстан, как мне представляется, так же точно, как бы она защищала в таких случаях саму себя.



Кроме того, есть еще китайские, американские, европейские интересы. Никому не нужна революция в Казахстане. Отсюда и эта вялая реакция, которую демонстрируют те же европейцы. Я был поражен, данные о происходящем в Жанаозене появились на «Евроньюсе» только в субботу после обеда. Это достаточно показательный факт того, что бизнес все-таки перевешивает соображения демократии, свободы и остальных вещей.



- Если эту ситуацию соотнести с выборами, предполагают, что нынешние события поставят под вопрос как подготовку Назарбаевым преемника, как и переход от президентской вертикали к парламентско-президентскому правлению. А вы как считаете, насколько верны эти предположения?



- Я думаю, на выборах события в Жанаозене скажутся не критично. Все-таки осталось совсем мало времени. Если сейчас власти удастся задавить силой или деньгами конфликт, тогда не будет времени для развертывания этой темы в массовом сознании. Кроме того, ведь есть соответствующие фильтры, наработанные методики: объявят все это хулиганскими выходками, как водится. Или включат в работу любимый тезис о том, что «имели место беспорядки с небольшим количеством жертв, но мы все это преодолели, продемонстрировали сплоченность народа вокруг президента, вокруг нашей любимой партии «Нур Отан»».



Поэтому для подавляющего большинства избирателей, настроенных достаточно консервативно, на их выбор, скорее всего, не повлияет ситуация, наоборот, власть может обыграть тему Западного Казахстана в своих целях. Показать избирателям: посмотрите, власть продемонстрировала твердую руку. А если бы мы этого не сделали... И дальше пойдет нарезка кадров Бишкек-2005, Бишкек-2010. То есть власть развернет события в пропагандистском смысле в нужную сторону.



А на процессе передачи власти — вероятно, да. Потому что по большому счету надо будет, пусть не для публичного побивания камнями, но для ясности внутри правящего класса, найти виноватых в произошедшем. Я не представляю себе ситуацию, когда Назарбаев делает вид, что ничего не случилось и жизнь продолжается как прежде после того, что было. Кого-то ему надо будет назначить виноватым в своем кругу.



То есть поступить так, как поступили в свое время с г-ном Калмурзаевым, например. Не для народа, не для закона, а для своих.



- Кого могут назначить ответственным?



- Трудно сказать. Но я бы сейчас не слишком завидовал, во-первых, г-ну Кушербаеву. Это само собой разумеется, потому что местные власти полетят первыми. И все разговоры о том, что не сегодня завтра он станет то ли премьером, то ли еще кем-то, теперь можно забыть. С точки зрения элитариев, несколько снизятся акции у Тимура Аскаровича. В прямую, конечно, «КазМунайГаз» во всех этих вещах не участвовал. Но, с другой стороны, «дочка»-то была казмунайская. И кроме того, Тимур Аскарович со своим, на мой взгляд, непродуманным проектом экспертного клуба слишком много говорил последние два месяца о том, как разрешить этот конфликт. Не надо было ему свою фигуру ассоциировать с темой бастующих нефтяников. А он это сделал. Но это не значит, что он не будет преемником. Это совершенно разные темы. Но с точки зрения, что акции несколько просели именно внутри этого узкого круга людей, имеющих доступ к телу лидера нации, то, да, понизились.



Возможно, понизились в какой-то мере акции у Карима Кажимкановича. Потому что, вчера назначая Шукеева в комиссию, Масимов выглядел, по-моему, не очень убедительным, он волновался. А можно вспомнить требования тех же бастующих последних полутора-двух месяцев насчет того, что правительство — в отставку, премьера — сюда. Премьер не приехал. И потом случилось то, что случилось в пятницу, субботу. То есть тоже вес в каком-то смысле снизился.



То же самое касается и Аслана Мусина. Регион-то подведомственный. Регион, за который неформально отвечает глава администрации, а у него там такое творится. Такая интересная ситуация у всего так называемого триумвирата, у людей, которых принято сейчас в Казахстане считать самыми влиятельными.



- Эксперты предполагают, что Назарбаев непременно использует эту ситуацию, чтобы закрутить гайки перед выборами. В ход пойдут и аргументы о вынужденной антитеррористической блокировке интернета, под шумок прижмут, вернее, дожмут оппозицию. Как вам видятся политические и экономические последствия событий в Жанаозене?



- Я не думаю, что существовала у власти именно сейчас острая необходимость в этом. Другое дело, что событие можно использовать с политтехнологической точки зрения. Понятно, что будет крепчать пропаганда внутри страны. Потому что надо исправлять подпорченный имидж. Очевидно, что люди, которые уже много-много лет существуют в Москве, в том числе и за счет казахстанского бюджета, еще более улучшат свое материальное положение. Некоторые уже выступают в газетах с программными статьями. Так что пропаганда и внутри страны, и за рубежом будет крепчать. То есть пиар, о котором мы говорили, пузырь этот сдулся, но его попытаются надуть вновь. Бросят на это деньги, пиарщики-журналисты на этом заработают и на Западе, и в России, и в Казахстане.



Другое дело, что этот пузырь, равно как и тот пузырь в строительном бизнесе, который лопнул и привел к кризису в 2007 году, как ни накачивай, как было уже не получится.



А внутри страны, помимо пропаганды, оппозицию попытаются еще больше прижать к ногтю, но прижимать-то уже особенно некуда. Ну что можно еще сделать? Козлова (лидер «Алги» — ред.) посадить? Да не дай бог. Закрыть «К-плюс»? Если бы они могли это сделать, давно бы сделали. Перекрыть полностью «Фейсбук»? Тоже не получится. Перекрыть каналы для сети? Но к тому, что уже сделали в этом направлении, трудно что-то прибавить. Куда еще дальше закручивать? И так все закручено! Потом, всегда есть опасность сорвать резьбу...

0 коммент.:

Отправить комментарий