17.10.11

Хасен Кожа-Ахмет о казахском языке и тухлых яйцах

Тема поднятия статуса казахского языка до уровня государственного не на бумаге, а на деле, вот уже месяца два является самой обсуждаемой в обществе. Вряд ли можно говорить, что раздута она искусственно - иначе не собралось бы 3 октября на митинг по языковому поводу больше двух тысяч человек за кинотеатром «Сары-Арка».

Автор: Владимир РАДИОНОВ


Количеством людей, пришедших на митинги, у нас принято мерить интерес к той или иной проблеме. Между тем, есть люди, которые считают, что время пустопорожней митинговщины прошло, и надо переходить к реальным делам, которые могут изменить ситуацию в лучшую сторону. Один из них — известный общественный деятель, диссидент с сорокалетним стажем Хасен Кожа-Ахмет. Он тоже был на митинге, но организаторы, сочтя его появление провокацией, не дали ему слова и даже попросили удалиться с площади в сопровождении сотрудников полиции. Однако если у человека есть позиция по тому или иному вопросу, он имеет полное право ее высказать. Мы решили предоставить г-ну Кожа-Ахмету такую возможность.



Разделяй и властвуй



- Если я правильно понимаю Вашу позицию, Вы хотели выступить на митинге против «письма 138»?



- Так категорично я бы не сказал. Вопросы, поднятые в этом письме, национально-демократические общественные организации неоднократно озвучивали, с начала 90-х годов прошлого века. И была возможность достичь реальных результатов, если бы сегодняшние радетели казахского языка тогда поддержали нас, а не называли экстремистами. Сломав в этом вопросе немало копий, мы поняли, почему власти не хотят, чтобы казахский язык в реальности стал выполнять функцию госязыка.



- Не хотят или не придают должного значения?



- Именно не хотят. Ученые-лингвисты давно доказали, что человек может овладеть за три года любым языком, даже языком племени «мумба-юмба». И не от того не могут овладеть казахским языком русскоязычные граждане Казахстана, что они, сплошные дебилы. А потому, что власти специально не создают для этого нужные условия, лишь заигрывают.



Почему? Потому что, во-первых, властям выгодно, чтобы казахский народ чувствовал себя неполноценным, находился в ущемленном состоянии, не поднимался с коленей. Таким народом легко управлять. А во-вторых, недовольство казахов в ущемлении своего родного языка можно направить против русскоязычной части населения, когда это нужно власти. Особенно в те моменты, когда в обществе назревает социальный протест. Разделяя протестных граждан путем языкового противостояния, власть тем самым ослабляет их.



И чтобы не быть статистами в хитро-мудрых спектаклях власти, не плясать под их дудку, мы давно прекратили писать бесполезные «открытые письма» президенту об изменении законов. А также давно не зачитываем грозных требований на митингах, пугая русскоязычных, чтобы не увеличивать число людей, поддерживающих авторитарную власть Назарбаева. Стараемся решать вопрос по казахскому языку, не наживая противников. Не получилось так — надо подходить к проблеме по-другому.



Но новоявленные радетели не советуются с теми, у кого в этом деле имеется опыт. И своей безграмотностью оказывают «медвежую услугу» казахскому языку. Например, этим письмом Шаханов и его подписанты, выступая этаким «пугалом», бросили русскоязычное население Казахстана в объятья Назарбаева. Естественно, что в таких условиях русскоязычный электорат будет голосовать за Назарбаева, считая его гарантом сохранения доминирующего положения в Казахстане русского языка. Мол, пусть, Назарбаев, хоть он и диктатор, и вор, дальше сидит во власти, зато русский язык не запрещает. Разве это не вредительство? Я тут другого слова и подобрать не могу.



Есть и другой «результат» того, как некоторым казалось, «патриотического» письма. Речь идет об излюбленном методе Шаханова — сборе подписей под письмами посредством телефона. Это очередной пример того, как можно опошлить святое дело. За такие заочные подписи или подделки подписей можно в тюрьму угодить. Но вместо того, чтобы раскаяться и просить прощения, шахановцы пошли в контратаку. По ним выходит, за плачевное положение казахского языка виноваты не власти, а Бибигуль Толегенова!



Смотрите, Ленин, делая революцию, советовался со своими соратниками, а не с Шаляпиным или Собиновым. Но Шаханова не устраивает подпись действительных борцов за казахский язык с многолетним опытом. Ему подавай подписи народных артистов СССР и других знаменитостей, дабы народ увидел и ахнул: «Вот кто поддерживает идею!» То есть ему плевать на результат, а важна лишь личная реклама. В итоге — у противников государственного языка появился лишний повод сказать: мол, вы, казахи, разберитесь между собой — нужен ли вам самим казахский язык...



- Вы сказали, что собирать подписи заочно - его излюбленный метод. Были еще прецеденты?



- Да. Помнится, он будучи депутатом мажилиса под сочиненный им письмом-обращением сам подписался за четырех депутатов. Много тогда было шуму.



Также, написав статью под названием «25-летие Декабрьского восстание должно быть отмечено достойно», начал обзванивать людей и спрашивать, согласны ли они с его инициативой. Те, конечно, ответили согласием. В результате появилась статья с их подписями, где они... «ругают» Данияра Ашимбаева, за то, что он привел в одной из своих статей в газете «Время» текст выступления М.Шаханова на XVI Пленуме комсомола казахстана в марте 1987 года (в том выступлении Шаханов охаивал участников Декабрьского восстания 1986 года).



Я уверен: если бы Шаханов не выступил с осуждением желтоксановцев, тем самым якобы выразив мнение «творческой интеллигенции», то многие участники восстания были бы осуждены условно, а Кайрата Рыскулбекова не приговорили бы к высшей мере.



Не в русском языке дело



- Как вы оцениваете сегодняшнее положение казахского языка?



- Как он был в плачевном состоянии двадцать лет назад, так и остался. Де-факто он на всех уровнях замещается русским. Но положение языка не улучшится, если мы от слов не перейдем к реальным действиям.



Например, власти сами рапортовали о том, что в Кызылординской, Южно-казахстанской областях делопроизводсто в госучреждениях переведено на государственный язык. Почему бы радетелям казахского языка создав общественную комиссию не проверить — так ли это на самом деле? Пройдя «народным маршем» через эти области, можно исправлять тексты, искажающие язык, выявлять саботажников-чиновников рапортовавших о переходе лишь набумаге. Вот такая работа комиссии была бы куда более эффективней пустопорожних митингов.



Уверен, если в густонаселенных казахами областях казахский язык будет применяться на деле, не за горами тот день, когда и остальная часть граждан так же поступит. Когда я в 2005 году на собрании, проходившем в Союзе писателей Казахстана, сказал о марше, председательствующий — Мухтар Шаханов — назвал это экстремизмом и опять уговорил присутствующих ограничиться письмом президенту страны.



И вот через семь лет опять он организовал письмо об изменении в Конституции. Ну, не было до 1995 года в Конституции текста об официальном статусе русского языка, и разве наблюдался прогресс во внедрении казахского? Нет, конечно. Потому что дело не в том, что написано в законах, а в том, что нет желания власти по этим законам жить.





От Шаханова сплошные минусы



- Прошедший 3 октября митинг — тоже опошление идеи, если пользоваться Вашей терминологией?



- Это же не первый подобный митинг. Нечто подобное было в мае, кажется. Он и тогда не дал мне выступить. Собрались Шаханов, Абилов, поплакали о судьбе языка, покритиковали власть, которая погрязла в коррупции и ворует, поаплодировали друг другу — и все. Но народ и так это знает, зачем сто первый раз об этом рассказывать?



А предложений от них, как изменить ситуацию коренным способом, народ не слышит. Они не призывают народ исправлять положение в Казахстане. Им бы только раз в полгода собрать людей за «Сары-Аркой», чтобы те избыточный пар выпустили и по домам разошлись. А годы-то идут. Неужели проблемы, которые мы должны решить, останутся наши детям, внукам? Вот что меня беспокоит.



Поэтому я иду на митинги, чтобы призывать перейти от слов к действиям. Зная характер моих речей, эти псевдооппозиционеры не подпускают меня к микрофону. После скандала на митинге я жду очередного полного клеветы «разоблачительного письма» Шаханова в мой адрес, естественно, с чужими подписями.



- Вы говорите, что время митингов прошло. Но смотрите, сколько народу собралось 3 октября. Чем можно это объяснить?



- Нет, митинговать надо. Но только не повторять одно и тоже, а предлагать народу пути решения вопросов. Если учитывать, что в Алматы около двух миллионов жителей, участников было немного. И то процентов 80 знакомые все лица, которые постоянно приходят на ни к чему не обязывающие собрания. Организаторы митинга сами постоянно жалуются: вот мол, в членах Союза писателей числится около 800 поэтов и писателей, а на митинги ходят всего несколько. Что казахский народ не борется за свой язык и другие социальные проблемы. А вот мы, мол, настоящие патриоты!



На митинге как раз я и хотел об этом сказать: не ходят граждане на ваши митинги потому, что вы каждый год повторяете свой плач, и не предлагаете ничего дельного. Действительно, их письма и обращении народ может и в газетах прочитать.



Трех лет должно хватить



- Как вы относитесь к идее, что раз за двадцать лет мягкого внедрения казахского языка ничего не делалось и не менялось, пришло время решать вопросы кардинально, в том числе и с помощью где-то даже репрессивных мер?



- Попытки были разные. Но когда мы предлагали те или иные проекты, Шаханов и ему подобные радетели сидели в депутатах, работали послами. Что он, будучи во власти, не знал о плачевном состоянии казахского языка? Только теперь, когда не прошел в депутаты, увидел? Почему он не поднимал этот вопрос вместе с нами? Я не спрашиваю, почему он в 70-е годы не говорил об этом и не сидел вместе со мною в тюрьме. Почему он не присоединился к нам даже в годы независимости, когда мы, создав общественные организации как «Желтоксан», «Азат», поднимали этот вопрос?



- А вы знаете, что надо делать? У вас есть программа?



- В своей предвыборной программе (я намеревался выдвигать свою кандидатуру на пост президента) я так ставлю вопрос: «После предоставления трехгодичного срока для интенсивного обучения казахского языка будет введено правило, при котором при приеме на работу на госслжбу будет отдано предпочтение лицам, владеющим двумя языками, — государственным и официальным». И тогда всякие международные организации не будут говорить, что в Казахстане присходит языковая дискриминация. Спрос со всех будет одинаков.



А посмотрите на резолюцию митинга Шаханова. Там написано, что «с 2012 года надо внедрять госязык постепенно». Как это понять? До 3000 года, что ли?! И еще: требуя исключить из Конституции норму об официальном статусе русского языка, предлагают назвать его языком межэтнического общения со статусом международного. Но ведь это мы уже проходили. И что это дало положительного казахскому языку? А насчет «международного статуса» — мы что, ООН? Вот такая бредовая резолюция



- Давайте заострим внимание на пункте интенсивного изучения в вашей программе. Кто этим должен заниматься?



- Государство. Должны быть курсы, однозначно, бесплатные. Ведь только предоставив человеку возможность, потом с него можно что-то требовать. Вообще, если признаться, я противник всяких законов о языках. Ведь переселенцы научились казахскому без законов. Также и казахи, и другие народы, сами не замечая, стали говорить по-русски. Это самый хороший способ — решать проблему незаметно, бесшумно. Но нынешние власти, видимо, такой шум создают намеренно.



О законности и неординарности



— Тем не менее, Мухтар Шаханов хочет реализовать свои идеи исключительно в соответствие с казахстанским законодательством.



- Ну да, он хочет прибегнуть к решительным действиям, но в рамках закона. Интересно, как он себе это представляет, если государство само не выполняет им же написанные законы? Я наоборот считаю: чтобы чего-то добится, нужно действовать неординарными методами.



— Вручение тухлых яиц, о чем было заявлено на митинге, насколько это неординарная мера?



- Я не одобряю тех, кто не знает свой родной язык, будь он казах или русский. Но разве Ертысбаев, которому Шаханов одному из первых намерен вручить подобный «приз», виноват только сам, что не знает казахский язык? А где был и почему молчал агашка Шаханов Мухтар, который на двадцать лет старше его, в советское время, когда Ертысбаеву негде было учиться на казахском языке, когда казахские школы сотнями закрывались?



Так что старшее поколение тоже виновато в том, что сегодня происходит с казахским языком. Если бы не меня одного в 70-е годы посадили в тюрьму, если бы со мной вместе выступали известные писатели, представители творческой интеллигенции, которые были старше и мудрее меня, то поднялся бы народ. Так нет, никто не поддержал, хотя суд надо мной тогда был открытый, и вторым пунктом обвинения было то, что я призывал к применению казахского языка во всех учреждениях Казахстана.



Я ведь не упрекаю Шаханова и ему подобных в том, что они не сели вместе со мной на скамью подсудимых. Но когда они сегодня говорят о «тухлых яйцах», пусть посмотрят на себя со стороны и честно скажут, а не самим ли себе в первую очередь они должны эти яйца вручить?

0 коммент.:

Отправить комментарий