01.11.11

Без местной власти нет демократии

Как реанимировать в Казахстане систему органов самоуправления, решали на встрече в Астане представители НПО, правозащитных организаций и ученые. Но чиновники, в компетенции которых находится решение таких вопросов, не только игнорируют подобные мероприятия, но и регулярно урезают депутатов в правах.

Автор: Камиль АЯНОВ

- В Казахстане в этой сфере достаточно много проблем, которые уже достаточно долго не находят своего решения, — заявила, открывая «круглый стол», президент «Фонда общественного парламентаризма» Зауреш Батталова. — А ведь местное самоуправление является одним из ключевых факторов демократизации общества и совершенствования системы государственного управления.



Шаг вперед и два назад



Ректор Уральской академии труда и социальных отношений Хайдар Капанов о проблемах местного самоуправления знает не понаслышке. Он сам депутат уральского городского маслихата. И, по его мнению, сейчас местные представительные органы «вместо шага вперед делают два шага назад».



- Есть норма закона о согласии маслихата при назначении акима. Но процедуры абсолютно не расписаны! — привел простой пример Хайдар Капанов. — А мы все прекрасно знаем, что демократия заключается именно в процедурах. Когда эти процедуры отсутствуют, мы получаем очень много «холостых выстрелов», которые звучат в тех или иных регионах нашей страны.



Дабы бурная деятельность маслихатов не сводилась к ее имитации, сам Капанов в свое время выступил одним из инициаторов специальной программы, регламентирующей работу маслихатов и многие другие вопросы от взаимоотношений с населением, до совместной деятельности с акиматами. Однако местные власти развели руками: мол, ничего не получится.



Введенные не так давно поправки в законодательство, по мнению Капанова, не только не способствуют развитию в Казахстане самоуправления, но и могут добить его окончательно.



- Я говорю о лишении маслихатов полномочий по контролю за местным бюджетом, — отметил он. — А как же конституционная норма? Почему никто не обратился в Конституционный Совет — ведь здесь налицо явное противоречие Конституции! Там полномочия маслихатов описаны! А в ответ — тишина.



Зависимость независимых



Для создания объективной картины «Фонд развития парламентаризма» провел ряд исследований, в которых постарался определить границы маслихатовских полномочий. На контакт с НПОшниками пошли далеко не все депутаты и чиновники.



- Основной проблемой при исследовании у нас было нежелание местных представительных органов сотрудничать с участниками проекта, — констатировала г-жа Батталова.



Однако, даже по имеющимся данным, картинка получается своеобразная. По информации эксперта, директора Центра анализа политических проблем Меруерт Мамхмутовой, если изначально в рамках бывшего СССР местные представительные органы имели относительную свободу и независимость, то сейчас их урезают со всех сторон.



- Первый этап — 1991—1992 годы, — начала спикер. — В эти годы правовая основа деятельности местных органов управления формировалась под влиянием демократических перемен, сложившихся в конце 80-х годов. В переходный период (от СССР к независимому Казахстану — авт.) уже стало видно, как происходил переток полномочий власти от советов местным администрациям. В дальнейшем все большей властью стали располагать местные акимы, а полноценное местное самоуправление, которое располагало реальными властными полномочиями, почти перестало существовать.



В 1993—1995 году реформы отечественного самоуправления пошли в рост. А Верховный Совет накануне роспуска, по сути, ввел новую модель местных представительных органов. Маслихаты уже не формировали местные исполнительные органы, и глава администрации стал представителем не местного населения, а президента. Потом была принята новая Конституция, сократившая сроки депутатских полномочий до четырех лет, а также предприняты попытки по децентрализации власти. Увы — малоуспешные.



- Эти процессы, происходившие в Казахстане в 2001 году, привели к тому, что процесс создания и развития местного самоуправление затормозился на длительный период, а само слово «децентрализация» стало относиться к разряду ругательных, — отметила г-жа Махмутова.



Реформа того, чего нет



- Дальнейшие движения, развитие законодательных инициатив можно связать с председательством Казахстана в ОБСЕ, — сообщила собравшимся эксперт-исследователь. — На встрече в Мадриде министр иностранных дел РК господин Тажин отметил, что усилия по формированию органов самоуправления будут продолжены.



Подобное заявление произвело положительное впечатление на зарубежных представителей, и наша страна все-таки возглавила ОБСЕ в 2010 году. Для казахстанцев же оно прозвучало как анекдот про двух генсеков и перестройку: «Ты ничего не построил? И я ничего не построил! Так чего ж они там перестраивают-то?»



- Само обещание выглядело неопределенным, — подчеркнула докладчик. — На тот момент местного самоуправления по сути не было, не было и закона, регулирующего его деятельность, и поэтому трудно было понять, что же собирался совершенствовать господин Тажин.



Видимо, к «совершенствованию» имело смысл отнести переименование закона «О местном государственном самоуправлении РК» в закон «О местном государственном управлении и самоуправлении». А если говорить о реальных изменениях, то о совершенстве речи уже не идет. Новые реформы в свою очередь закончились сменой правового статуса маслихатов.



- Если ранее маслихат обладал правом юридического лица (закон 1993 года давал ему это право), то уже с принятием закона 2001 года маслихат утратил это право, — уточнила эксперт.



«Потеряв лицо», маслихаты лишились возможности быть представителями сторон в суде (без чего ревизионные комиссии работать не могут). Вместо возвращения статуса представительные органы, по сути, урезали в полномочиях.



- С 2011 года указом президента в мае упразднены ревизионные комиссии областных маслихатов, — напомнила г-жа Махмутова. — Это привело к тому, что маслихаты лишились возможности осуществлять внешний контроль над местным бюджетом. То есть, по сути, поскольку депутаты маслихата, представители народа, напрямую избираемые населением, народ тоже лишился возможности как-то участвовать во внешнем контроле за местным бюджетом. Теперь же ревизионные комиссии воссоздаются как коммунальные государственные учреждения. Это означает, что и внутренний, и внешний контроль местных бюджетов сосредоточен в рамках исполнительной власти.



Для рядового обывателя, далекого от общественной жизни страны, урезание в правах региональных депутатов вряд ли кажется важным. А зря. Потому что в сложившейся ситуации речь идет не о какой-то абстрактной «демократизации общества», а о вполне реальных вещах. Сейчас, к примеру, областные власти не видят проблем жителей далеких сел, а это может впоследствии создать трудности и в городах.



- В последние годы растут масштабы внутренней миграции, — отметила также в своем докладе Меруерт Махмутова. — Идет отток сельского населения в города. При этом люди не становятся горожанами, они становятся маргиналами. Вокруг городов возникают поселения, создаются пояса, где оседают вчерашние сельчане. Эти поселения не имеют инфраструктуры, школ, больниц, дорог, люди не имеют никаких прав и приемлемых условий жизни. Это создает определенную социальную напряженность в обществе.



...Именно создание реального местного самоуправления, при котором все социально-экономические проблемы могли бы решаться на местном же уровне, способствовало бы снятию этой напряженности. Однако — увы. Как показало исследование, за годы независимости полномочия маслихатов неуклонно снижались при укреплении и доминировании исполнительной власти. Реальное местное самоуправление, несмотря на переименование закона, так и не появилось.

0 коммент.:

Отправить комментарий