20.12.11

У всех газет миссия одна

На пять баллов оценил недавно прошедший в Алматы форум региональных СМИ глава Союза журналистов России Виталий Челышев. Воспользовавшись возможностью, мы задали именитому гостю несколько вопросов: о том, где собратьям по перу живется лучше, где свобода слова – не пустой звук и каково предназначение прессы сейчас, в эпоху фейсбук-революций.

Автор: Татьяна ПАНЧЕНКО


- Виталий Алексеевич, как Вам показался наш медиафорум?



- Я оценил на пять баллов, кроме последней сессии — гражданской журналистики, поскольку, как я понимаю, в силу обстоятельств она не развита сейчас в Казахстане. Мне показалось, что все это пустое. Все остальное мне было чрезвычайно интересно, начиная от трендов медийных и заканчивая политикой и медиа — все было по делу, и мне было полезно. Думаю, другим тоже.



Я просмотрел перед поездкой сюда материалы форума, который прошел в Астане. Они говорили о другом пласте — это была медиаиндустрия в большей степени, а не разговор о журналистике. Хотя и о журналистике там тоже, конечно же, говорили, там выступал Джим Бумелла (президент Международной федерации журналистов), но он задевал тоже больше вопросы медиаиндустрии.



Это важно — потому что, когда страдает медиаиндустрия, на улице оказываются сначала фотографы, потом — журналисты, потом вообще необходимость СМИ ставится под вопрос. Но ваш форум был чрезвычайно интересен именно тем, что журналисты говорили о журналистике, о своих страхах и своих надеждах.



- Что изменилось в медиапространстве в последнее время? Каково сейчас предназначение СМИ в первую очередь в постсоветских странах?



- Во-первых, медиасообщество разделилось — это скорее плохо, чем хорошо. Союзы журналистов номинально объединяют, как зонтики, членов союзов, но влиять на политику медиасообщества, как прежде, уже не могут. Каждое издание в той или иной степени стало уникальным и работает на свою аудиторию. Тех, кто работает на все общество, чрезвычайно мало. Мы видим успех тех газет, которые направлены на узкие аудитории...



На самом деле миссия у всех газет одна — сделать людей свободными и счастливыми, по возможности одновременно. Сделать людей счастливыми — это и дачная газета может обеспечить фанатам дач. Но сделать людей свободными может только издание, которое рассказывает, что дает свобода тому или иному человеку. Я считаю, что и ваша газета, и «Новая газета» в России, и ряд телеканалов в Украине, несколько изданий в Грузии — все они работают на свободного человека. И если таких газет не будет, то не будет и желания свободы, и веры в то, что человек может быть свободен...



Я это не для красного словца говорю. Я просто считаю, что несвободное общество крайне несчастно. Я у себя в России работаю на то, чтобы наша пресса была свободной.



- Если представить задачу газеты в диапазоне от «информировать» до «делать революцию», то Вы склоняетесь к революции?



- Нет. Революцию по большому счету делать очень легко. Это может сделать газета, это может сделать мобильный телефон. Можно собрать флешмоб, чтобы вместе выдувать мыльные пузыри, а можно — чтобы перевернуть памятник или захватить какое-то здание.



Те, кто делает революции, чаще всего недовольны существующим режимом, но чрезвычайно редко знают, что они будут делать со своей победой. Когда большевики пришли к власти, они еще неделю думали, что это на неделю-полторы. Когда они поняли, что это не так, что теперь все принадлежит им, они растерялись.



- Может ли помочь осуществить такой переход отдельно взятая газета или редакция?



- Да, может, если она становится центром движения.



- То есть нужно само движение?



- Это вопрос, кто раньше, потому что «из искры возгорится пламя». Газеты народных фронтов Прибалтики, экологические издания во время перестройки, которые все были элементами политики, перестраивали не только мышление, но перестраивали страну и способность людей пользоваться своей свободой. Я считаю, что, если нужны перемены, газета может подготовить эти перемены быстрее, чем общественный диспут.



- Но недавние «арабские революции» не газетами делались...



- Да, если сегодня делать революцию, то арабский мир прекрасно показал: «Фейсбук», «Твиттер» — и всему конец. Просто большой флешмоб, который распространился со скоростью лесного пожара. Это сетевая система — она неразрушима: можно изъять из нее любую часть, можно посыпать все серебряными фантиками от конфет, чтобы прекратить связь, но это на секунду. Можно отключить всем электричество — будут ручкой крутить, как в Африке... Сегодня, по сути, связь может быть уничтожена только вместе с людьми.



- Давайте вернемся с «юга» к СНГ. Изменились ли СМИ по сравнению с советским периодом и изменилось ли отношение к прессе?



- Коммерциализация изменила СМИ — вот почему в России сейчас Союз журналистов озабочен так называемой формулой доверия. Доверие к прессе опустилось чрезвычайно в обществе, потому что никто толком не знает, чьи интересы отражают СМИ. Любая похвальная статья считается купленной...



- Любая ругательная — тоже...



- Да, то же самое... Поэтому вопрос о возвращении доверия — это вопрос возвращения честности в общество вообще, честных отношений. Борются, кажется, все, а ситуация между тем меняется не очень. Но меняется. Например, Госдума РФ проголосовала за изъятие статьи о клевете из Уголовного кодекса и усиление ответственности за препятствование журналисту заниматься профессиональной деятельностью. Это результат борьбы.



- На форуме говорили о расслоении казахстанских СМИ на условно провластные и оппозиционные. Во всех ли странах есть такое разделение и вообще — где лучше и где хуже со свободой слова?



- Везде по-разному. Если брать СНГовию, то вполне сносно у прибалтов, очень так себе — в Молдове, ужасно — в Беларуси, сносно — в Украине. Если брать страны западные, то, наверное, Польша — это хороший пример развития СМИ.



Есть зоны свободные, где нет закона о СМИ, например Великобритания. Но у них тоже очень серьезные ограничители, но внутренние, которые ставят себе сами компании. Так, этический кодекс Би-би-си учитывает: а) интересы народов, которые входят в Содружество; б) интересы детей, которых снимают; в) интересы детей, которые смотрят; а также с) интересы женщин, мужчин, цветных, интересы бывших колоний — то есть существует набор ограничений, который не мешает Би-би-си быть свободным форматом.



Первая поправка к Конституции в Соединенных Штатах делает свободной любую прессу. Пожалуй, что законодательство самое лучшее у них. Но я хочу сказать, что мы с Америкой переняли друг у друга не самые лучшие вещи: Россия вместе с условной свободой взяла худшие черты того, что называлось капитализмом, а в Америке кое-где поселилась пропаганда в прессе.



Источник: Газета "Голос Республики" №45 (221) от 16 декабря 2011 года

0 коммент.:

Отправить комментарий